Game of Thrones ∙ Bona Mente

Объявление

Arya Stark

«Жаль, что она сама не убила этого слизня в короне. Что не видела его лица в ту секунду, когда он понял, что смерть стоит перед ним. Наверняка он пищал как плаксивая девчонка и молил о пощаде, как в тот день, когда Нимерия едва не отгрызла ему руку. Жаль, чудовищно жаль, что Арья не смогла в этот момент громко расхохотаться в его холеное лицо — так, чтобы смех Старка был последним, что он слышал на этом свете».

Birds and Wolves

Малый совет

Catelyn Stark - Мастер над законами
Leonette Tyrell - Мастер над шептунами
Taena Merryweather - Великий мейстер


Краткий сюжет

Стена (300 г.)

Манс Налетчик штурмовал Стену, но встретил не только отчаянное сопротивление Ночных Дозорных, но и облаченную в стальные доспехи армию Станниса Баратеона. Огонь указал королю и Красной Жрице путь на Стену, и с нее они начинают завоевание Семи Королевств, первое из которых – Север. Север, что царствует под короной Молодого Волка, ныне возвращающегося с Трезубца домой. Однако войны преклонивших колени южан меркнут перед Войной грядущей. К Трехглазому ворону через земли Вольного Народа идет Брандон Старк, а валирийской крови провидица, Эйрлис Селтигар, хочет Рогом призвать Дейенерис Бурерожденную и ее драконов к Стене, чтобы остановить грядущую Смерть.

Королевство Севера и Трезубца (300 г.)

Радуйся, Север, принцы Винтерфелла и королева Рослин не погибли от рук Железнорожденных, но скрываются в Курганах, у леди Барбри Дастин. О чем, впрочем, пока сам Робб Старк и не знает, ибо занят отвоеванием земель у кракенов. По счастливой для него случайности к нему в плен попадает желающая переговоров Аша Грейджой. Впрочем, навстречу Королю Севера идет не только королева Железных Островов, но и Рамси Сноу, желающий за освобождение Винтерфелла получить у короля право быть законным сыном своего отца. Только кракены, бастард лорда Болтона и движущийся с севера Станнис Баратеон не единственные проблемы земли Старков, ибо из Белой Гавани по восточному побережью движется дикая хворь, что не берут ни молитвы, ни травы – только огонь и смерть.

Железные Острова (300 г.)

Смерть Бейлона Грейджоя внесла смуту в ряды его верных слуг, ибо кто станет королем следующим? Отрастившего волчий хвост Теон в расчет почти никто не брал, но спор меж его сестрой и дядей решило Вече – Аша Грейджой заняла Морской Трон. Виктарион Грейджой затаил обиду и не признал над собой власти женщины, после чего решил найти союзников и свергнуть девчонку с престола. В это же время Аша Грейджой направляется к Роббу Старку на переговоры…

Долина (299/300 г.)

В один день встретив в Чаячьем городе и Кейтилин Старк, и Гарри Наследника, лорд Бейлиш рассказывает последнему о долгах воспитывающей его леди Аньи Уэйнвуд. Однако доброта Петира Бейлиша не знает границ, и он предлагает юноше решить все долговые неурядицы одним лишь браком с его дочерью, Алейной Стоун, которую он вскоре обещает привезти в Долину.
Королевская Гавань (299/300 г.)

Безликий, спасенный от гибели в шторм Красной Жрицей, обещает ей три смерти взамен на спасенные ею три жизни: Бейлон Грейджой, Эйгон Таргариен и, наконец, Джоффри Баратеон. Столкнув молодого короля с балкона на глазах Маргери Тирелл, он исчезает, оставив юную невесту короля на растерзание львиного прайда. Королева Серсея приказывает арестовать юную розу и отвести ее в темницы. В то же время в Королевской Гавани от людей из Хайгардена скрывается бастард Оберина Мартелла, Сарелла Сэнд, а принцессы Севера, Санса и Арья Старк, временно вновь обретают друг друга.

Хайгарден (299/300 г.)

Вскоре после загадочной смерти Уилласа Тирелла, в которой подозревают мейстера Аллераса, Гарлан Тирелл с молодой супругой возвращаются в Простор, чтобы разобраться в происходящем, однако вместо ответов они находят лишь новые вопросы. Через некоторое время до них доходят вести о том, что, возможно, в смерти Уилласа повинны Мартеллы.

Дорн (299/300 г.)

Арианна Мартелл вместе с Тиеной Сэнд возвращается в Дорн, чтобы собирать союзников под эгиду правления Эйгона Таргариена и ее самой, однако оказывается быстро пойманной шпионами отца и привезенной в Солнечное Копье.Тем временем, Обара и Нимерия Сэнд плывут к Фаулерам с той же целью, что и преследовала принцесса, однако попадают в руки работорговцев. Им помогает плывущий к драконьей королеве Квентин Мартелл, которого никто из них прежде в глаза не видел.

Миэрин (300 г.)

Эурон Грейджой прибывает в Миэрин свататься к королеве Дейенерис и преподносит ей Рог, что зачаровывает и подчиняет драконов, однако все выходит не совсем так, как задумывал пират. Рог не подчинил драконов, но пробудил и призвал в Залив полчище морских чудовищ. И без того сложная обстановка в гискарских городах обостряется.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Game of Thrones ∙ Bona Mente » Конец долгой ночи » 1.84 Белая Гавань. Чума на оба ваши дома!


1.84 Белая Гавань. Чума на оба ваши дома!

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

1. Участники эпизода: Кейтилин Старк, Виман Мандерли, Сильва Сантгар и Джулиан Кворгил.
2. Место действия: Белая гавань.
3. Время действия: начало 12 месяца 299 г.
4. Описание эпизода: Через неделю после почти одновременного прибытия в Белую Гавань дорнийцев и Кейтилин Старк со свитой в городе вспыхнула никому прежде неведомая хворь. За какую-то неделю она выкосила четверть всего наемного войска, но ведь болеют не только воины, но и все прочие люди, а, значит, под угрозой весь город и вместе с ним весь Север.
Чума на оба ваши дома! — только и хочется в сердцах сказать леди Сантагар и лорду Джулиану, ведь именно они, возможно, стоят за содеянным. То же самое, возможно, сказали бы леди Кейтилин и лорду Виману сами дорнийцы за такую предвзятость.
А может, иной сочтет, что больше всего это проклятие заслужили Дом Старк и Дом Мартелл.

+6

2

[indent] Колокола звонили с самой зари. За ворота города потянулись люди – напуганные слухами и набатом, они покидали Белую Гавань, как тонущий корабль, в надежде уберечься от беды. Многие из них, конечно, не переживут путешествия, а те, кто смогут дойти до Дредфорта, Хорнвуда или Курганов, будут обивать пороги чужих домов, прося дать им кров, место у очага и кусок хлеба. Без сомнения, еще половину отошлют прочь из-за страха, скупости или здравомыслия – зима близко! – но кто-то, быть может, и сумеет спастись.
[indent] Жаль женщин. Во всех странствиях без защиты они легко становятся орудием чужого сладострастия. Жаль также детей. Многие из них осиротеют и попадут в руки жадные до дешевой силы или грязных удовольствий.
В конечном счете шансов на жизнь у беглецов не сильно больше, может, разве что надежда. У тех же, кто оставался, было лишь тяжелое дыхание Неведомого за плечом. Признаться, Кейтилин давно была готова отойти к праотцам, наконец воссоединиться с Недом и мальчиками, с матерью и отцом, но – рано. Слишком рано. Она должна помочь Роббу, ведь, если болезнь заберет и ее, у него боле никого не будет. А девочки? Ужели они она так и не увидит их?
[indent] Но это, конечно, мелочи. Ее жизнь – догорающая свеча. Гораздо важнее, чтобы эта болезнь не задела самого Робба, ибо королевство без короля не выстоит. И за что им это? Разве мало выпало на их долю горестей в эти годы? Глупо думать об этом сейчас, но ведь Кейтилин с самого начала сомневалась в дорнийцах. Подарок от принца Оберина теперь выглядел подлостью, но вопрос в том, зачем тогда отослал сюда свою дочь? Если это, впрочем, она. Или дорнийцы неуязвимы к этой болезни. Говорят ведь, что валирийцев не могла тронуть ни одна зараза, так, может, и ройнарская кровь так же сильна. Однако, даже если и так, северяне будут держать дорнийцев в заложниках – разве это не пугало Оберина и его старшего брата? Хотя они и за сестру мстить не стали, как знать, вдруг для них слово «семья» мало что значит? Какая, однако, жестокая жертва.
[indent] И все же судить так скоро нельзя. Молва ходила, будто Бриенна из Тарта и Кейтилин Старк повинны в смерти Ренли Баратеона, однако они не желали ему зла, а первая и вовсе была готова отдать за него жизнь. Быть может, Сильва Сантагар, Джулиан Кворгил и весь Дорн вместе с ними не былм причастны к дикой хвори, хлеставшей Белую Гавань уже второй день.

[indent] Ждать долго не стали. Лорд Мандерди пригласил дорнийских господ в свои палаты. Присутствовать при разговоре пожелала и леди Старк, и матери Короля Севера отказывать Виман Мандерли, конечно, не стал. Они оба ожидали леди Сильву и лорду Джулиана, и Кейтилин, несмотря на всю ее выдержку, казалось, что минуты тянутся с вечность. Но как будто беседа с южными гостями что-то решит. В конце концов, важно было другое:
– Милорд, я не смею вмешиваться в дела вашего города, но государю следует получить эти вести как можно скорее. Птицу отправлять опасно: ее могут перехватить Грейджои.
[indent] Кейтилин несомненно занимало, что думает сам лорд Мандерли о южных гостях, но спросить напрямую она не решалась, равно как и то, что он планирует делать и какую участь им всем уготовил. В памяти проскользнули образы внучек лорда Вимана, и Кейтилин подумала, что их обеих здесь оставлять совершенно невозможно, и если достопочтенный лорд-дедушка не хочет сгубить им красоту и, возможно, жизнь, их следует увезти подальше от хвори и дорнийцев.

+12

3

[indent] Неисповедимы планы Неведомого. По какой причине Безликий ниспослал этот ужас на мирный град, да ещё и в такое смутное время? Ответа не знал ни кто. Ни простой народ, в ужасе метавшийся от врат города до ближайшего трактира, то пытаясь бежать и спастись, то остаться и найти спасение в местном пойле. Ни служители Семерых, которые вместо реальной помощи, читали проповеди на каждом углу, сея смуту и чувство безысходности не только у черни, но и у солдат, которые не знали как им реагировать на подобное. Отсюда и множественные попытки дезертирства, которые впрочем тут же пресекались и жестоко наказывались. Даже Мейстеры не знали, что делать. Впрочем пользы от последних было много больше, чем от всех остальных. Именно мейстер Теомор предложил вырыть за стенами города огромные котлованы, дабы сбрасывать туда мертвецов и сжигать их бренные тела. Именно он предложил закрыть город для всех в обе стороны. С этим то лорд Виман был полностью согласен. Однако реализовать всё на практике оказалось куда сложнее. Когда был отдан приказ о закрытии порта и всех врат города, толпы людей уже бежали прочь, оставляя за спиной прошлую жизнь, пытаясь спастись от жуткой хвори. Неизвестно сколько людей уже успело сбежать, когда врата наконец закрыли. Поэтому было принято решение не преследовать сбежавших, так как это было весьма чревато. Отправлять солдат на поиски черни, учитывая настроения беженцев, да и присутствие на северных землях железнорождённых, было просто глупо. С портом всё оказалось легче. Успело уйти всего два торговых баркаса и рыболовецкий когг. Впрочем с этим лорд Виман разобрался достаточно быстро. Боевая галея с опытной командой достаточно быстро ликвидировала как сами корабли, так и людей на них. Настало суровое время. Меры требовались соответствующие.

[indent] Все проблемы, разом свалившиеся на Белую Гавань, оставили серьёзный отпечаток на Вимане Мандерли. Невероятно толстый, розовощёкий с сузившимися глазками старик, превратился в бледного как сама смерть, кожа обвисла, лорд вообще сильно исхудал, глаза так и норовились выпрыгнуть из орбит. Слабость, бессилие окутывало лорда Белой Гавани, но он не мог позволить себе просто чахнуть проклиная Семерых. Нужно было действовать, не обращая внимания на себя. И лорд действовал. Основные решения уже были приняты, осталось только обсудить их с теми, кого эти решения касались прежде всего.

[indent] Ожидая гостей из Дорна в своих покоях, лорд Мандерли вёл беседу с леди Старк. И видят Семеро, сколь тяжёлый был этот разговор.
- Не смею с Вами спорить миледи. - ответил матери короля толстый лорд уставшим и даже измученным голосом. - Однако пока наши южные гости не пришли, я хотел бы попросить Вас об одной услуге. - Видно было, что хозяин города мялся с вопросом, настолько тяжело ему было произносить подобное. Но время шло, так или иначе сказать подобное придётся. Взяв волю в кулак, лорд Виман посмотрел собеседнице прямо в глаза и твёрдым, суровым голосом, совсем не подходящим этому человеку, сказал. - Леди Кейтилин. Кто может поведать моему Королю о данной ситуации лучше, чем его родная мать? Кроме того, в данной ситуации нецелесообразно оставлять Вас в городе. Видят Боги, я не хочу, что бы мать моего Короля слегла от чумы. Однако, я настоятельно попрошу Вас, взять с собой ... - голос его дрогнул, но лишь на мгновение -...взять с собой моих внучек. Я обеспечу Вам достойный эскорт, а если Вы укажете свой маршрут, смогу посодействовать в облегчении Вашего пути. Но - мои внучки должны уехать отсюда. Если Боги будут милостливы, то наш с Вами прошлый разговор о будущем моих внучек возымеет действие. И не важно, что будет со мной и с этим городом. Я мечтаю о достойном будущем Винафрид и Виллы. -. Лорд Виман перевёл дух и хотел сказать ещё, что то, но в этот момент в дверь постучали. Прибыли гости из Дорна.

Отредактировано Wyman Manderly (2017-05-21 19:47:09)

+9

4

Что-то происходило. И это что-то очень не нравилось Сильве. В воздухе витал привкус угрозы, в городе все больше становилось заболевших неизвестной хворью. Пока не так, чтобы очень много людей страдало, но для беспокойства этого было достаточно. Сильва прекрасно понимала, что никаких высокие стены замка не смогут защитить от заразы, способной проникнуть во все щели. Пока она улыбалась и смеялась, но в глубине карих глаз все больше таилось волнение.
Стоило ли поговорить об этом с Джулианом? Он тоже не спешил делиться с Крапинкой мыслями на эту тему, и она задумывалась, не придумала ли она себе проблему? Если все-таки придумала, то будет грустно терять в глазах Кворгила приобретенный вес, все-таки это ей хотелось сохранить. Если же Сильва не ошиблась, но все еще молчит, то это тоже создаст не лучшее о ней впечатление. Она покажется беспечной, а ведь сейчас она была совсем не такой.

Навязанная дипломатическая поездка на Север была тяжестью, от которой леди Сантагар бы избавилась при первой возможности, еще и с большой радостью. Но увы, сейчас это было невозможно. И она отвечала за Элию. Песчаная Змейка, несмотря на всю свою силу духа, казалась Сильве более уязвимой. А еще она помнила, что в такой поездке о своей шкуре она должна заботиться в последнюю очередь, как бы это прискорбно ни звучало. В конце концов, даже бастард Оберина Мартелла, и тот весит больше, чем опальная фрейлина принцессы.
Ей было страшно. За всей бравадой и насмешкой Сильве вообще было страшно с самого начала, когда корабль отходил от пристани в Солнечном Копье. Башни замка, знакомые песочные дома – все это таяло в утреннем мареве, а сердце сжималось, будто подсказывало девушке – больше ты это место не увидишь. Глупости, конечно, почему бы и не вернуться в Дорн, по суше ли, по морю? Главное хотеть, а препятствий для возвращения Сильве не видела. Но все чащей ей снились сны, когда под палящем солнцем, оборванная и уставшая, она шла домой. Ей было холодно, и даже жар пустыни не мог ее согреть. Ей было жарко и ее мучила жажда. А потом она поднимала глаза, видела на горизонте то Солнечное Копье, то Водные Сады, но чаще это было Споттсвуд. Вот только добежать до него Сильва никак не могла. И приходилось признать, что родная обитель была слишком далеко, не дотянуться.
Кто бы мог подумать, что Сильва, покинувшая отчий дом так давно, совсем ребенком, будет скучать по нему, видеть во снах и хотеть вернуться? Это было так не похоже на Крапинку, считавшую своим домом Водные Сады. Но казалось, что и туда пути обратно не будет.
Что за чушь, Сильва?
Просто плохие сны.
Просто плохая ночь.

Это все от того, что постель леди Сильвы согреть некому, ведь когда она занята по ночам более приятным делом, чем сон, она и не мучается от этих кошмаров.

Стук в дверь принес послание лорда Вимана спуститься к нему. Сильва чуть удивленно вздернула брови. Да, лорд Виман, конечно, имел подобное право, беседовать с гостьей, но последние дни он был занят, да и Сильва предпочитала общество Винафрид. Но сейчас не с руки было отказываться – вообще не с руки было отказываться, и проверив, как смотрится в зеркале, Сильва отправилась к Мандерли. Тяжелое шерстяное платье, пришедшее на смену легкомысленным дорнийским нарядам, громко шуршало при ходьбе, а набойки ботинок оповещали всем о приближении девушки. Приходилось мириться с несовершенством одежды, лишь бы не замерзнуть. С другой стороны, Сильва всегда знала, что и в теплом платье можно быть соблазнительной, главное, чувствовать себя такой. Одежда была чем-то наносным, бессмысленным, просто украшением.
У нужных дверей Сильва столкнулась с Кворгилом. Она уже собиралась выразить свое мнение на этот счет, но стало ясно, что их давно ждут, а потому не следовало задерживать хозяина. Только уже за порогом Сильва поняла, что встречи ждал не только лорд Виман, но и леди Старк. Сильва нахмурилась, отражая почти тоже беспокойство, что было написано на лицах северян. Чем дальше, тем меньше ей нравилась это встреча, но она все равно улыбнулась, стараясь сохранить присутствие духа, не растеряться перед теми, кто имел здесь власть, в отличие от нее.
- Лорд Виман, леди Кейтилин, - девушка склонила голову в знак приветствия и покорности, и хотя жест был отработан до совершенства, мало кто верил, что боги наградили леди Сантагар этой самой покорностью. – Позвольте узнать, чем вызвана встреча такого узкого круга?

+5

5

Когда слуга по поручению лорда Мандерли пригласил Джулиана подняться в палаты лорда, он уже знал о чем пойдет речь. Этот разговор был неизбежен. Хворь, поразившая город – проклятие, которое никто не заслужил. Или заслужил? Ответа на этот вопрос не знает никто. Но что Джулиан знал наверняка – хворь прибыла из-за моря. Либо с каким-нибудь торговым кораблем, либо с их «подарком» Северу. Часть наемников была поражена хворью. Их «изолировали» и предали огню. Остальных поселили отдельно: для того, чтобы не заразить, либо же для того, чтобы не заразиться. Джулиан посещал наемников ежедневно, проводя в лагере порой весь день: необходимо было поддерживать дисциплину и железный порядок – наемники выказывали недоверие и часть, как казалось, готова была покинуть город, несмотря на строжайший запрет. Силой. Бунтующих наемников в Белой Гавани Джулиан видеть не хотел, поэтому ему пришлось выявить подстрекателей и зачинщиков и, при помощи лояльной части маленького войска, вздернуть на виселице – дабы остальным неповадно было.

Но не только ради поддержания дисциплины Джулиан проводил столько времени с наемниками. Он чувствовал себя в своей тарелке. Ему там нравилось: среди неотесаных мужланов, с которыми можно было перекинуться парой баек за чаркой чая (спиртное после эпидемии было строжайше запрещено в целях соблюдения дисциплины, равно как и покидать лагерь с целью посещения питейных заведений), пофехтовать или просто набить кому-нибудь морду и получить в ответ. Словом, Джулиану нравилось возвращаться в те года, когда он не был прикован к Дорну, когда у него не было обязанностей перед Мартеллами и отцом. Когда в его жизни был только меч, конь и дорога, полная приключений: малых и великих. А еще подобная компания расслабляла и позволяла – хотя бы на минуту – забыть о хвори.

Кворгил медленно поднимался по ступеням, пытаясь предугадать ход беседы. Будут ли Северяне обвинять своих южных гостей в том, что именно они привезли хворь? Будут ли бросаться обвинениями в предательстве? Может, просто попросят совета? А может – попробуют убить в отместку? Подобного Джулиан не исключал, хотя и считал такой исход маловероятным. Размышляя обо всем этом, он и не заметил, как столкнулся с Сильвой нос к носу у той самой двери, за которой их уже ждал лорд Мандерли. Он хотел поздороваться, но она не дала ему и секунды, немедленно постучав в дверь и войдя в палаты. Видимо, в отместку за то, что он стал проводить с ней меньше времени. А может, просто от волнения. Дорниец последовал за ней.
- Лорд Виман... Леди Кейтилин, - Джулиан, видимо, слушал слугу не тем местом – либо тот просто не удосужился известить его о том, что и леди Старк будет присутствовать. Встреча практически на самом высоком уровне. Далее вести речь Кворгил пока предоставил Сильве.

Отредактировано Julian Qorgyle (2017-05-24 14:45:30)

+7

6

[indent] Немного погодя, леди Старк ответила лорду Мандерли:
Вы хотите, чтобы я рассказала государю о беде?
[indent] Со стороны могло показаться, будто Кейтилин Старк считает эту идею сомнительной, но на самом деле она и не знала, как отнестись к подобному предложению. С одной стороны, именно она в этой войне зачастую выступила посредником и даже гонцом, но с другой не затем ли Робб отправил мать в Белую Гавань, чтобы избавиться от ее вездесущего присутствия и наконец до конца опериться? Она и сейчас помнит, как он понурил плечи и чуть робко спросил:
Ты отправишь меня в Винтерфелл?
[indent] Хотела бы она ответить «да». Хотела бы она сама за него отвести эту войну, но те, кто долго прячутся за женскими юбками, никогда не становятся хорошими правителями хотя бы потому, что уважения и почтения к ним у людей ни на грош. А это участь может сулить такие же трудности, как и войны, ведь, в конце концов, не раз восставали Семь Королевств против тех, кто держал их. И меньше всего Кейтилин желала, чтобы кто-то из северян смел усомниться в ее сыне.
[indent] Однако не это не единственная трудность. Выдержат ли внучки Вимана Мандерли столь трудное путешествие? Кейтилин не была уверена в том, что они надолго прежде выезжали за пределы Белой Гавани; может, кому из них довелось побывать у леди Хорнвуд, что приходилось девочкам близкой родней, но это не то же самое, что нестись во весь опор в ставку королю с новостями. С дурными новостями. Робб, конечно, не Роберт и не его треклятый наследник, чтобы серчать на тех, кто прибывал с плохими вестями, но едва ли он будет рад видеть в военном лагере двух девиц, будь хоть сто раз одна из них его будущей невестой.
Я понимаю вас, – леди Старк кивнула хозяину Нового Замка, когда он закончил свою речь словами о будущем для Винафрид и Виллы. Она, Кейтилин, ведь тоже желала того же для своих дочерей, но едва ли кто нашелся в Королевской Гавани, чтобы защитить их так, как это может сделать она сама для внучек лорда Вимана. Если только Цареубийца и Бес не подведут… Но об этом думать нельзя. Все, что имеет значение сейчас, это Робб, его армия и эта дикая хворь с кораблей дорнийцев.
Мы направимся в Курганы, – неожиданно для самой себя ответила Кейтилин, – лорд Рикард приходится вдове Дастин родным братом. Я попрошу его написать своей леди-сестре пару строк.
[indent] Да и может разве она отказать своей госпоже, матери своего короля, пусть даже Рикард Рисвелл не приходился бы ей братом. Об этом леди Старк говорить, разумеется, не стала, ибо всегда вперед идет вежливость, и лишь вслед за ней – правда.
А самого лорда Рикарда я могу отправить навстречу королю.
[indent] Лорд Виман едва ли поскупится на войско в защиту матери короля и, тем более, своих внучек, своих наследниц, а потому от отсутствия одного Рисвелла с них не убудет. Он послужит лучше, если прямиком направится к королю и обо всем ему доложит до того, как зараза выйдет за пределы Белой Гавани. Семеро, как глупо! Пережить войну, вернуться на Север, чтобы встретить на своих же землях нового врага?
Он молод и смел, и ничто не должно задержать его в пути.
[indent] Последние слова леди Кейтилин произнесла в полголоса, ибо двери открылись, впустив холодный воздух коридоров и двух дорнийцев – леди Сантагар и лорда Джулиана. Кейтилин не имела удовольствия или несчастья беседовать с ними приватно прежде, но, как ей показалось, Рикард Рисвелл проявлял недвусмысленный интерес к молодой южанке. Ее спутник же держался закрыто, и ничего толкового сказать о нем госпожа Винтерфелла не могла. Поприветствовав находящихся в зале, дорнийцы устами леди Сильвы начали беседу, и леди Старк, ответив им коротким кивком, чуть повернула голову к лорду Вимана, ожидая его слов: то его земли, его замок, и не ей, гостье, говорить от их лица.

+6

7

[indent] Кивнув леди Кейтилин, показывая, что согласен с ней целиком и полностью, лорд Виман обратился таки к южным гостям. Дорнийцы, к удовольствию Мандерли оказались людьми пунктуальными и воспитанными. Это вселяло надежду в хозяина Белой Гавани. Разговор должен был получиться достаточно неприятным как одной, так и другой стороне, посему была вероятность, что гости выйдут из под контроля. Однако на данный момент всё шло спокойно и уже это было неплохо.

[indent] Виман улыбнулся и жестом пригласил гостей присесть. Когда же все разместились, лорд Мандерли начал.
- Приветствую Вас леди Сильва, лорд Джулиан. Надеюсь Вам комфортно у нас в гостях, если есть какие пожелания, не стесняйтесь, высказывайтесь, по возможности лично я прослежу, что бы всё было исполнено. -
Лорд Мандерли с трудом встал с мягкого кресла и взяв со стола увесистый кувшин, неспешно разлил его содержимое по четырём серебряным кубкам. Взяв свой кубок, толстый лорд отсалютовал присутствующим и первым сделал глоток.
- Одно из лучших вин из моих погребов. Дорнийское креплёное. С чётким привкусом специй. Сделайте добротный глоток и вам обожжёт горло. Замечательный напиток, особенно для нашего северного государства. Мда. Видите ли, я всегда увлекался Дорном.
Перечитал множество книг дорнийских авторов, с любопытством расспрашивал южных купцов. Резкость, гордость и своенравность южан мне всегда льстила. Однако сам я как ни прискорбно не был там ни разу. А знаете почему? -

Виман вопросительно посмотрел на присутствующих. После чего подошёл к окну. - Потому, что я всю свою жизнь жил ради Белой Гавани. Старался сделать её ещё красивее и богаче. И сильнее разумеется. Годы прошли не зря. Но сейчас... сейчас благополучие города рушится. - Лорд указал рукой на окно - Вы видели, что происходит внизу? Люди паникуют, умирают в мучениях, пытаются сбежать... Неизвестно откуда пришло это проклятие. Но есть факт. Хворь. Нет, чума. И эта чума может поразить оба наших дома. Дом Мартеллов и дом Старков. Я не могу допустить этого. Однако я не всесилен. Простите леди Кейтилин, к моему величайшему сожалению, Король Робб временно потерял Белую Гавань. До тех пор, пока чума не сгинет, эти стены не покинет ни один человек. Во всяком случае живым. -

[indent] Эти слова прозвучали угрожающе, но в голосе лорда было больше горечи. И обиды. Лорд Виман не признавая это, был обижен на Богов. Неважно Семеро это, либо Старые Боги, но они не помогли, не уберегли от этой беды. И не помогают сейчас, не подсказывают никакого решения. Всё становится только хуже, с каждым днём...
- Что же касается дома Мартеллов, тут я могу уже больше - продолжил лорд глядя в окно. - Прошу простить меня, леди Сильва, лорд Джулиан, но Вы и Ваши люди не покинете стен Белой Гавани до тех пор, пока опасность чумы не минует. - После его слов, в кабинете повисло гнетущее молчание. Виман опасался худшего. По сути он взял всех дорнийцев в заложники, если не пленники. Ситуация была хуже не куда. Самое страшное, что данное решение было принято без согласования с Роббом Старком и могло серьёзно подпортить отношения Севера с Дорном. В отношении Мандерли это означало бы одно - измена. Но с другой стороны, ситуация была чрезвычайно опасна. Отправь лорд Виман дорнийцев домой, возможно чума вспыхнет и там, со всеми вытекающими последствиями. И дальше на Север гостей отправлять было нельзя, по той же причине. Хотя была ещё одна причина такого решения. Об этом, Виман Мандерли не говорил даже леди Старк, но он подозревал, что хворь могла прибыть вместе с южными кораблями. Ведь вспышка началась практически сразу после их прибытия. Случайность ли? Проверка требовала времени, а до тех пор тучный лорд не хотел упускать гостей из виду.
[indent] Повернувшись вновь к присутствующим, лорд продолжил- Более того, дабы Вы не ослушались моего приказа, отныне Вас будут сопровождать мои гвардейцы. Не поймите меня неправильно. Я всего лишь хочу обезопасить Вас и союз Севера с Дорном. Если в ходе моих действий Вы возненавидите меня - пусть. Но иначе я поступить не могу. На меня сейчас и так свалились все беды Неведомого. Неизвестная хворь, беспорядки, дезертирства. Я не могу дать людей своему Королю, я не могу вести торговлю, если Вы не заметили, то сейчас гавань перекрыта. Если я позволю Вам погибнуть от болезни, то опорочу имя дома Мандерли. На такой шаг я пойти не могу....- Хозяин дома замолчал и окинул гостей вопросительным взглядом, ожидая реакции.

+6

8

Возможно, это было лишь беспокойство, но Сильве казалось, что и лорд Виман, и леди Кейтилин сейчас относятся к южным гостям уж слишком насторожено. Если поначалу это было объяснимо тем, что подсознательно от дорнийцев ждали любого шага, то сейчас-то почему? Сильве казалось, что южане доказали свою готовность действовать здраво, закрепить союзничество, да и повода не давали для подобного. Впрочем, лорд Виман пытался скрыть все это за приветливыми словами, хотя Сильва этому ни капли не верила. Она улыбнулась, уверенная, что за ее улыбкой не будет заметно волнение:
- Милорд, ну что вы, нас все устраивает. О большем мы и мечтать не могли, так что ваше северное гостеприимство доказало, что оно существует и ничуть не хуже дорнийского.
Слова рассыпались как жемчуг из порванных бус, слов Сильве никогда не было жалко. К тому же она сказала чистую правду, северяне и правда оказались весьма гостеприимны, во всем, в чем только было возможно.

Кубок, наполненный вином, Сильва взяла, но пить не стала. От аромата специй, обычно такого радостного и приятного, напоминающего о доме, слегка замутило. Леди Сантагар не очень хорошо представляла, как совместить приятное с назревающим разговором. Она не смела прервать монолог лорда Мандерли даже простым вопросом «почему?», который бы прозвучал очень логично и был ожидаемым. А потому просто слушала, ни на кого не глядя, кроме на хозяина замка. Ее взгляд неотрывно следил за ним, впитывая каждое слово. И это каждое слово отзывалось неприятным холодком в груди. Ей казалось или тут звучало скрытое подозрение, что виной этой неведомой хвори стали южане?
Но дальше было еще хуже. Тяжелое ощущение того, что теперь дорнийцы стали ничем иным, как разменной монетой, повисло в чертоге. Сильва даже помедлила с ответом, чувствуя, как все присутствующие смотрят на нее. Ненавидеть лорда Мандерли? Да нет, сейчас вся ненависть отсылалась к принцу Дорану, который отправил ее сюда в качестве посланницы, но ее роль была весьма ограничена. Она не могла ничего требовать, не могла ничего решать, еще и люди, большая их часть была оставлена на корабле – от них помощи не дождешься теперь, ведь вряд ли Сильве удастся с ними связаться.
Что там еще было из наставлений Дорана? Ах да, дом, дверь, в общем, возможность отправить ребенка домой, и этой возможностью можно было бы воспользоваться, чтобы отправить Элию прочь, а может и самой…

В словах Мандерли был резон. Выходить и разносить хворь, конечно, не дело. Притащить ее на себе в жаркий Дорн не хотелось. Но оказаться запертой тут, на чужой территории, было не намного лучше.
- Милорд, мне показалось или вы думаете о том, что причина этой хвори – мы? Как-то уж совпало это с нашим приездом, чем не повод обвинить в этом южных гостей? Нет, лорд Виман, - Сильва аккуратно поставила кубок на стол, отодвинув его от себя, и сквозь вуаль образа безобидной и соблазнительной хохотушки впервые за долгое время открылось настоящее лицо Сильвы. Нет, не прожженной интриганки, но все-таки не наивной девочки, - я не обвиняю вас в злом умысле, не имея на то веских оснований. Но вы сейчас проявляете к своим гостям недоверие, причем очень плохо замаскированное. Гвардейцы, приставленные к нам? Кто мы теперь, пленники или заложники? Боюсь, этим вы не то что не обезопасите союз своего короля и моего принца, но, наоборот, разрушите его. А как же доверие? Сами не проявляете и нам не даете ответить на это? Сразу гвардейцы, дальше запрете по комнатам, потом будут кандалы, а затем прилюдная казнь на главной площади Белой Гавани во имя исцеления всех страждущих? Или, - южанка перевела взгляд на Кейтилин, - к матери короля вы тоже приставите гвардейцев, ведь о ней тоже следует позаботиться? – И снова взгляда замер на Вимане.

+5

9

[indent] Он молча слушал южанку, успев поразиться резкой перемене леди Сильвы. Нет, они не были знакомы много лет, однако до сего момента гостья не показывала свой истинный характер. Что ж, винить её не приходилось. Ситуация того требовала. Тяжело вздохнув, лорд Белой Гавани вновь опустился в мягкое кресло и взялся за кубок. Некоторое время царила гробовая тишина. Нарушил её тихий, но меж тем решительный голос лорда Миноги.

- Это правда юная леди. Всё, что ты сказала истинная правда. Посему я понимаю твоё негодование и отрицание всего, что происходит тут. -

[indent] Виман взглянул прямо в глаза леди Сильве и продолжил

- Но попробуй взглянуть на всё моими глазами. В нашем мире есть не только простая жизнь, с понятными для всех правилами и законами. Есть и политика. Поверь, за долгие лета, что я правлю этим городом, в политике я стал разбираться не хуже любого советника любого короля. По этому я и отношусь насторожено ко всему происходящему сейчас в Белой Гавани. Пойми, я не обвиняю Вас, но пока есть хоть малейший шанс, что к той хвори, что окутала мой город, приложил руку Дорн, я буду относиться к данной ситуации с большей настороженностью. -

[indent] На секунду прервав свой монолог, лорд Мандерли сделал глоток вина и вновь оглядев присутствующих, продолжил.

- Король Робб, при всём моём уважении - не политик. Да он стратег, да он тактик, да храбрый и умелый воин, в его то года, но он не политик. Посему для него, предложение принца Дорана - акт доброй воли. Маленькая, но необходимая помощь. А, что это для принца я пока не знаю. Пойми, Дорн долгое время не поддерживал с Севером никаких отношений, нередко был против действий северян. Даже сейчас Юг не стал официально поддерживать нас, при этом отправив некоторое количество людей и нескольких лордов и леди на помощь. Эту ситуацию можно трактовать по разному. Не сочтите меня параноиком, дорогие гости, но неужели нет и малейшего шанса,
что Дорн вступив в союз с нашими противниками, отправил заразу к нашим границам? Просто представьте на минутку, чем это грозит нам. -

[indent] Он говорил ужасные вещи, которые впрочем говорить не собирался. Естественно лорд Виман в последнее время часто обдумывал такой вариант, но всегда старался держать его при себе. Однако сейчас изменил своё мнение. Видя лица своих гостей, он стал верить им. Верить тому, что они представления не имеют, откуда взялась чума. К величайшему сожалению это не имело особого значения. Вполне могло быть, что принц Дорна отправил заразу втайне от своих людей, на случай если у них будут выпытывать информацию. Паранойя, но и ситуация была критическая. К сожалению лорд Белой Гавани был готов на всё, лишь бы уберечь Север от жуткой гибели... Практически на всё...

- Подобные инциденты уже имели место в истории. Но я искренне надеюсь, что в данном случае всё не так. Я искренне надеюсь, что данная ситуация, всего лишь ужасное совпадение. Именно поэтому Вы и Ваши люди сейчас живы. Я не заключаю Вас в темницу, а всего лишь хочу, что бы Вы были в безопасности и под моим надзором. Это неприятно, спору нет. Поэтому повторюсь, если окажется,
что южане не виноваты в возникшей вспышке чумы, я принесу Вам всем и Вашим людям искренние извинения. Но в данный момент,
считайте, что Вы в гостях у неприятного дядюшки, который следит за каждым Вашим шагом. -

[indent] Виман попытался разрядить обстановку, но по видимому сделал только хуже. Тем не менее он продолжил.

- Что же касается матери моего короля...- тут необъятный лорд запнулся, вспомнив о недавнем разговоре -...Вы не должны о ней волноваться. Кстати сказать гвардейцы у её палат дежурили с самого первого дня её появления тут. -

[indent] Печально взглянув на опустевший кубок, Виман потянулся было к кувшину, но передумал и вновь взглянул на леди Сильву.

- Прости меня девочка, мне самому неприятно это делать - клянусь Семерыми, однако это вынужденная мера. Пойми и прости...-

+5

10

Чего Сильва не ожидала, так того, что лорд Виман согласился с ее обвинениями. От удивления, болтливая дорнийка даже язык прикусила, на какой-то момент замолкая и позволяя хозяину замка произнести свою речь.
- Не мне судить о причинах принца Дорана и его поступках, - Сильва говорила уверенно, резковато, но, не проявляя открытой агрессии, - но поступать так, как вы думаете – это подло. Дорнийцы бывают жестоки, агрессивны, во многом вспыльчивы, но, лорд Виман, - Сильва покачала головой, - законы гостеприимства для нас не пустой звук. И ответить на ваш замечательный прием чем-то подобным со стороны Дорна необдуманно и опрометчиво. К тому же, милорд, - в тоне Сильвы проступило едва заметное ехидство, - хворь не будет выбирать, кого убить, а кого пощадить, поэтому это очень неразумно, подвергать опасности не только северян, но и своих собственных посланников, среди которых есть и племянница принца Дорана. Бастард она или нет, но она Мартелл по крови, и принц Доран не будет рисковать ее жизнью. И да, милорд, яд, подмешанный в еду, всегда действенный, а учитывая, что каждый из нас мог спокойно передвигаться все это время по замку, а вы еще живы… - леди Сильва помолчала несколько секунд, - так что не в интересах Дорна вредить Северу.

Разговор выходил не самым приятным, увы. Но Сильва не видела никакого другого выхода в этой милой беседе, кроме той откровенности, которая сейчас и происходила.
- Дорн никого и никогда открыто не поддерживает, но стоит ли вам напоминать, что Дорн и Таргариенов не поддерживал, что сыграло на руку тем, кто поднял в свое время Восстание. То количество, которое тогда Доран выделил для вида, не идет ни в какое сравнение с тем, что Дорн может предложить, действительно, по делу. Откровенное неповиновение обстоятельствам чревато последствиями, хитрость всегда работает лучше, чем прямолинейность, милорд. Но суть в том, что Дорн никого и никогда не предает. Вернее соратников вашему королю не найти, но сейчас вы собственными руками уничтожаете ростки нашего союзничества в угоду собственным страхам и подозрениям. Ваши меры безопасности не неприятны, лорд Виман, они унизительны. А разницы, где быть запертой, для меня нет.

Ей очень не хотелось говорить то, что она собиралась сказать. На самом деле, Сильве было очень страшно. Она была сейчас сама против хозяина Белой гавани, а он был хозяином не только замка, но и положения. У Сильвы же не было времени посоветоваться, хотя она ощущала рядом Кворгила, но не собиралась давать слабину фразой «простите, нам нужно переговорить с Джулианом». У нее были полномочия, и она собиралась ими воспользоваться, лишь потом дав Кворгилу шанс вступить в эту милую беседу, дополненную вином. Что сказать, в своей подлости ситуации Мандерли переплюнул дорнийцев. Те убивали своих гостей, когда они переставали быть гостями.
- Отпустите Элию. Я понимаю, что я не настолько ценная заложница, как Элия, но все же это лучше, чем ничего. А девочка не должна оставаться в зараженном городе. Полагаю, вы о своих внучках обязательно позаботитесь, отошлете, наверное, их к вечеру уже не будет в замке. Но я согласна остаться тут, если вы отпустите Элию домой. И да, ее должен сопровождать кто-то, пусть это будет сир Джулиан. – Сильва оглянулась наконец, на Кворгила. – Он тот, кто сможет позаботиться об Элии.

+4

11

- Нет, - сухо ответил Кворгил вместо лорда Мандерли, впервые открыв рот на собрании - Никто из нас не покинет Белую Гавань, леди Сантагар. Во-первых, из чисто практических соображений: мы же не хотим, чтобы эта зараза попала в Дорн, не так ли? А во-вторых, как бы это не могло показаться нам оскорбительным, но лорд Мандерли прав, подозревая нас. Не потому что, мы это сделали, но потому, что мы могли это сделать, - за годы странствий дорниец немало повидал подлости, хитрости и поучаствовал даже в нескольких мелких политических интригах. Так что он с пониманием отнесся к подозрениям лорда Мандерли, - Любой здравомыслящий политик именно так и подумал бы, - Джулиан смотрел в глаза Виману: в его глаза, окруженные старческими морщинами, но такие мудрые и умные, что Кворгилу невольно подумалось: «Я такие глаза видел только у престарелых мейстеров».
- Что касается политики Дорна, - продолжил Джулиан, - То в нынешние времена ни в чем нельзя быть увереным наверняка. Времена – они меняются. Поэтому то, как Дорн вел себя во время Восстания, не играет существенной роли в сиюминутных соображениях.
Не только это заставило Кворгила столь категорично и даже несколько нетактично дать понять, что дорнийцы останутся здесь все вместе: леди Сантагар он одну оставлять не хотел. Друзьями не разбрасываются в этом жестоком мире, а Джулиан Сильву уже успел начать воспринимать, как друга.
- Но леди Кейтилин также не должна покинуть Гавань, равно как и ваша семья, - продолжил свою речь дорниец, - Это рискованно: даже если зараза уже разнеслась по Северу с успевшими сбежать горожанами, это не значит, что ее жертвами обязательно станут лорд Старк и знать Севера. Но риск этого существенно увеличится, если леди Кейтилин изволит контактировать с ними напрямую. Я не уверен, что смерть всей северной знати в интересах Севера. Особенно сейчас, когда идет война. Что касается вашей семьи: если в городе узнают, что ваши дочери отбыли из города, может начаться новый виток паники. Если лорд спасает дочерей – значит надежды нет. Вы, конечно, вольны поступать, как знаете, но вы очень серьезно рискуете: паника – это не то, что Вам и Нам нужно для того, чтобы как можно скорее избавиться от хвори. Что касается людей, которых мы сюда привели – они живут изолированно от остального населения города и я поддерживаю среди них дисциплину, в том числе с применением самых жестких методов. Тем не менее, я хотел бы попросить Вас, лорд Мандерли, быть готовым применить силу против них. На всякий случай.
В таких вопросах, как наемники и их настроение, приходилось быть особенно осторожным, а потому не следовало пренебрегать всеми мерами предосторожности. В том числе необходимо было рассматривать и вероятность того, что от людей, прибывших с дорнийцами, придется избавиться.
- И, если позволите, Лорд Мандерли, у меня есть несколько соображений по поводу дальнейшего нераспространения хвори. - Не то что бы Джулиан был дока в городском управлении, но некоторые, основанные чисто на здравомыслии советы у него имелись.

Отредактировано Julian Qorgyle (2017-07-25 19:04:20)

+5

12

[indent] Неожиданный поворот событий. Виман вздохнул, собрался уже ответить отказом на просьбу леди Сильвы. Но прозвучали неожиданные, в данном контексте слова поддержки. Кто бы мог подумать, но сир Джулиан оказался много умнее и справедливее, чем ранее казалось хозяину Белой Гавани. И это приятно удивляло. Не был приятным лишь один нюанс. Южные гости не могли слышать разговор Вимана и Кейтилин, однако, видимо чувствовали нечто неладное. Впрочем раскрывать все карты лорд Минога не собирался.
Обратившись к Джулиану, лорд молвил:

- Сир Кворгил, признаюсь, не ожидал услышать от Вас слова поддержки. Ваше понимание сложившейся ситуации, греет мне душу.
Леди Сильва безусловно эмоциональна и я её не виню. Но ситуация и впрямь скверная. По правде говоря, у меня были совсем уж чёрные мысли. Я не мог себе позволить, отпустить Вас, но попробуй Вы всё таки уйти, я вынужден был бы заковать Вас в цепи. Очень рад, что до этого не дошло! -

[indent] На несколько секунд лорд Мандерли замолчал, подбирая слова. Обсудить было, что.

- Так как мы вместе нашли взаимопонимание, я надеюсь, что как только хворь сгинет, мы не будем держать друг на друга зла. По сути вопрос решён и этим я доволен! Что же касается леди Кейтилин и моих внучек, не беспокойтесь за них. В конце концов все мы в руках Семерых! -

[indent] Собравшись с силами, необъятный лорд всё таки взял второй графин и разлил его содержимое по кубкам всех присутствующих. Это вино было уже другого сорта. Одно из лучших экземпляров винных погребов Нового Замка. Данный графин был наполнен лёгким вином, розового оттенка, прямиком из Староместа. Достаточно дорогое вино, для достаточно важного случая. После чего лорд Виман  поднял свой и провозгласил:

- За взаимопонимание друзья!!! -

[indent] Осушить кубок залпом было непросто, однако лорд Минога выполнил это действо. После чего сразу же заговорил, уводя скользкий разговор в другое русло. Не хватало ещё, что бы дорнийцы заострили внимание, на судьбе леди Кейтилин и внучек старого лорда. Явно обманывать гостей Виман не хотел, поэтому и пытался увести разговор в сторону.

- Что же касается Вашего предложения сир Джулиан, с радостью выслушаю. Тем более, что у меня самого советников по данному вопросу очень мало. По сути мейстер и капитан гвардии. Все смотрят на хворь, со своего стула и советы зачастую друг другу противоречат. Что же касается, применения силы к наёмникам, это весьма скользкая тема. Мягко говоря, не хотелось бы, лишний раз проливать кровь, тем более, что это может ухудшить положение. В городе и так беспредел, посему паника, связанная с возможной резнёй, может грозить полноценным бунтом. - вновь наполнив кубок, старый лорд сделал глоток и продолжил - Вы наверняка знаете, что на сегодняшний день, дом Мандерли обладает самым многочисленным войском на Севере. Среди других лордов разумеется.
Само собой, держать несколько тысяч солдат в одном городе весьма затруднительно, посему все мои воины расположены у моих вассалов. В Белой Гавани же, расположен лишь гарнизон стражи и гвардия Белой Гавани. Уверяю, этих сил хватит, что бы урезонить наёмников, однако если будет полноценный бунт либо мятеж, положение ухудшится. Я буду вынужден созвать своих вассалов, но в этом случае им будет угрожать чума. А я хотел бы этого избежать. Надеюсь Вы меня понимаете. Будем пытаться разобраться с Вашими людьми при помощи разговоров и серебра. Надеюсь это сработает! -
....

Отредактировано Wyman Manderly (2017-08-02 17:10:53)

+4

13

Сильва разочарованно смотрела на Джулиана. Она от него ждала поддержки, но получила совсем другое – он позволял Мандерли запереть своих гостей в Белой Гавани, прикрываясь благими намерениями. Сомневалась в них Крапинка или нет, это было совсем другое, ее сейчас больше беспокоила безопасность. Никому не хотелось умирать, а меры безопасности в равной степени могли сыграть как на руку, так и против. И кто знает, какой это случай.
Сильва отвела взгляд и усмехнулась, совсем не по-доброму. В чем она не сомневалась, так в том, что лорд Виман не оставит здесь ни внучек, ни леди Старк, предпочтя их отпустить, даже несмотря на собственные слова. И Сильва знала, с кем об этом можно поговорить. Рисвелл, конечно, не дурак, отнюдь, и не настолько он очарован прелестями южной красавицы, чтобы в постели выдавать планы. Но вдруг…
Вдруг что-то сыграет роль.

Сейчас Сильва чувствовала себя, как, собственно, ее гербовое животное. Растерянная, непонимающая, что делать, желающая спихнуть решения на того же Кворгила, но его ответы ей совершенно не нравились, она когтями была готова цепляться за любой, пусть даже мизерный шанс на спасение из этого места. Не верила она, что от чумы можно запереться. Хотя и уезжать было нельзя. Но она обещала, что сохранит Элию, значит, она должна это сделать. Как?
Я об этом подумаю.

Пить Сильва не стала. Она оценила то, как Мандерли сменил тему. Она тоже так умела, и делала это, когда ей нужно было забить словами все пространство, все головы вокруг, чтобы ни одна живая душа и не вспомнила причин разговора. Это еще больше омрачило ее настроение – хозяин явно что-то задумал. Однажды утром они проснутся, и тут не будет ни одной из русалок, ни матери короля Севера. А что, все правильно. Внучек услать, молоды ведь, жалко, что чума отберет у них жизнь, предварительно изуродовав, а мать короля должна быть жива. Лицемерие во всей красе. А ведь говорили, что северяне честные, прямолинейные, не чета дорнийцам, всегда держащим кинжал на подхвате. Вот оно как, значит. Все слова – пустота, не имеют веса, и сейчас Виман готов спасать шкуры своих, бросая в жертву чужих.
Его можно было понять. И Сильва его понимала. Она бы тоже так действовала, наверное. Но сложно сказать, ведь ей никогда не приходилось принимать решения подобного рода. Она распоряжалась служанками, смеялась кавалерам, отпихивалась от отцовских требований взяться за ум, вернуться в Споттсвуд, заняться хозяйством. Ей никогда не нужно было задумываться над такими сложными решениями, все ее интриги ограничивались мелкими играми. Да, она осознавала, какая ответственность ложится на Вимана, но это осознание не помогало принять его сторону. Потому, что своя жизнь всегда дороже.

Терпеть этот щебет радости нашедшейся поддержки, леди Сантагар больше не могла. Она поднялась со своего места.
- Прошу меня простить, я не очень хорошо себя чувствую. Не переживайте, милорд, это совсем не чума, у женщин есть иные причины для недомогания.
Сильва едва присела в реверансе, даже не взглянула на Кворгила, улыбнулась леди Старк:
- Надеюсь, мы с вами еще увидимся, миледи.
Намек был достаточно ясным, чтобы дать всем присутствующим понять, что она не верит ни слова о том, что правила будут для всех одинаковы, но не видит смысла вести сейчас бой. Что же будет после разговора с Рисвеллом, она тоже не понимала, как и того, какой толк ей от правды. Разве что продавить его, чтобы он помог ей отправить из Гавани Элию, и тогда она не будет мешать ему выполнять свой долг защитника леди Старк.

Благо, она уже отвернулась, метнув подолом юбок, а затем и вышла из помещения. И никто не мог видеть то, как ее лицо исказил страх. Там, в коридоре, она оперлась на стену, с трудом держась на ногах. Да, плакать она не собиралась, но чувство, что сейчас она стоит слишком близко к грани, за которой начинается пропасть, был ощутим, был всеобъемлющ. Сильва вдруг осознала, что она совсем одна. Что Джулиан решил все по своему, по-разумному, Рисвеллу и дела нет, они ведь оба лишь приятно проводили время. А у нее на руках Элия. И она сама не хочет умирать. Она еще не пожила, она еще не испытала всего, что хотела, она ведь еще была так молода. Она не попрощалась со своей принцессой, она не обняла на прощание отца. Не послала воздушный поцелуй Деймону.
Ох, не зря мне казалось, что я вижу Дорн в последний раз…
Сильва сделала глубокий вдох. Тряхнула головой, прогоняя ужас. Не хватало, чтобы ее в таком виде тут застали. Обойдутся. Крапинка прикинула, к кому первому заявиться с визитом, к Змейке или Рисвеллу. Надо все взвесить. И начать, пожалуй, с Рикарда, так как Элия никуда не денеться.

+5

14

[indent] Кейтилин Старк редко слушала сказки старой Нэн, столь любимые всеми детьми в замке, но одну из них ей как-то пересказал Бран. Слишком возбужденный от дневных игр и вечерних историй, он никак не мог не то что уснуть, но даже лечь в постель, а она редко могла на него по-настоящему сердиться, если только дело не доходило до стен, и в тот вечер, когда спали уже все младшие, кроме, наверное, Робба и его сводного брата, имевшие привилегию оставаться с отцом допоздна, Бран рассказывал матери о том, что Старые Боги пролили молоко на земли, где уже много тысяч лет правили Старки, и оно застыло, наутро обернувшись снегом, так не успев дойти до южных земель – вот потому там ниже Перешейка снега никогда и не бывает. Кейтилин тогда рассмеялась, поцеловала Брана в макушку и после добавила, что на самом-то деле снег бывает даже в Просторе, но сказка есть сказка, и не смертным рушить ее священные законы.
[indent] Да и правда то или нет, как будто и не имеет значения уже; старая Нэн могла забыть, ошибиться или придумать чего, но в главном она была безупречно права: северные земли от всех прочих отличались разительно. Среди северян Кейтилин видела разных людей, и не все из них меж собой были схожи с первого взгляда, но одно рано или поздно проступало во всех – прямолинейность. Нед и его братья, медведицы с острова, Карстарки, Амберы, Флинты – все они были откровенны в том, что думали, и даже лорд Болтон с его полупрозрачными глазами, будучи человеком, чьи истинные цели были известны лишь ему самому, в речах был скорее прямолинеен, чем изворотлив.
[indent] Виман Мандерли же всегда казался Кейтилин человеком иным. В Мандерли из Белой Гавани текло больше южной крови, чем во всех прочих северянах, но и он, хоть говорил долго, не стал размениваться на притворство, выдав свои намерения дорнийцам почти сразу же. Леди Старк, привыкшая открыто возражать мужчинам лишь в исключительных случаях, сдержалась и тут, однако на долю мгновения изменилась в лице, но вмешиваться не стала. Слушая Сильву Сантагар в пол-уха, она все думала о том, что могут выкинуть запертые в клетку дорнийцы. Хитрый, своенравный, даже подлый народ – это все знают.
Нет, – вдруг молвил лорд Джулиан, и Кейтилин чуть повернула голову в его сторону, не без удивления слушая, как он соглашается с лордом Мандерли. Мужчины! Следующие его слова, впрочем, решению лорда Белой Гавани противоречили, но не южанам решать, что и как делать подданным северной короны. Кейтилин слушает дорнийца с холодным нетерпением, поднимает кубок и чуть отпивает, а после берет слово:
Лорд Джулиан, если лорд спасает дочерей, значит, он делает это ради своих земель и своих людей. Смута приходит в тот дом того лорда, что не бережет и не защищает своих наследников, –  последние слова давались с трудом, но для внимания человека чужого голос и лицо Кейтилин Старк едва дрогнули, – простой люд привык к страху и страданиям больше нас всех, а северяне,  тому же, помнят: зима близко. Чума не единственное, что выпадет на их долю в ближайшие годы, и, боюсь, их спокойствия не купить внучками лорда Мандерли.
[indent] Текли речи, текло вино, но это не меняло ничего. С каждым мгновением чума расходилась по городу, подобно круги на осенней воде, а Робб все еще ни о чем не знает. Тревога все острее колола сердце Кейтилин Старк, но она, в отличие от покинувшей покои лорда Мандерли, Сильвы Сантагар, с места не двинулась и слова не проронила. Всему свое время. Женщине должно помнить об этом крепче других.

+5

15

Сильва, кажется, была разочарована реакцией Джулиана. И кто же из них должен быть более опытным в искусстве переговоров? Понятно же, что никто их отсюда не выпустит. Будут упорствовать в желании покинуть Гавань – повяжут и отправят в тюрьму: в Дорне едва ли об этом узнают достаточно быстро, чтобы отреагировать, а наемников либо просто перебьют, либо перекупят. Гораздо правильнее было оказать доверие северянам и согласиться остаться самим. Сильва же просто ушла, хлопнув дверью, как капризная девушка, а вовсе не дипломат. Кто уходит с таких собраний, сославшись на недомогание? Кворгилу оставалось лишь вздохнуть и продолжить переговоры в одиночку.

Осушив кубок вместе с лордом Мандерли и леди Старк, Джулиан был вынужден выслушать весьма резкое замечание последней. Северяне достаточно прямо дали понять: мы будем спасать свою семью. Реакция Вимана, пытавшегося просто соскочить с темы, была Джулиану понятнее, чем ответный выпад леди Старк на его провокацию: Кворгил привык к изворотливым людям и не думал, что на такой простой крючок с такой просто приманкой можно будет выловить что-то ценное.  Однако леди Старк позволила себе выдать дорнийцу ценную информацию: Виман действительно собрался отправить семью из города. Что до леди Старк, то собиралась ли она покинуть Гавань она еще не подтвердила. А еще Кворгил понял, что северяне оценивают развитие событий достаточно позитивно, если говорить о реакции населения Белой Гавани. Что ж, ладно: хозяева лучше должны знать нравы местного населения. Но если Виман и Кейтилин хотят спасать семью, то Кворгил считал себя в праве требовать уступок и для дорнийцев. Начал, он впрочем, не с этого, а с обещанных советов сделав вид, что смирился со своим подчиненным положением:
- Как мне представляется, лорд Виман, необходимо ввести комендантский час и по возможности ограничить перемещение жителей по городу. Для этого прежде всего необходимо ограничить работу увеселительных заведений и всех мест скопления городских жителей: рынки, корчмы, таверны, септы, богорощи и так далее. Чтобы недопуск к рынку не вызвал беспорядков, необходимо открыть запасы еды и начать централизованное распределение. Я думаю, что мейстер сможет посчитать, приемлемые рационы. Я также подозреваю, что у горожан имеются и свои запасы на черный день – тем лучше для нас всех. Из закрытых таверн и питейных заведений можно скупить еду: это разово удовлетворит владельцев заведений, обеспечив их монетой, а городские склады еще некоторым запасом продовольствия. То же самое необходимо сделать и с владельцами товара на рынке и чем быстрее, тем лучше. Что касается алкогольного ассортимента вы можете скупить его целиком как вложение в будущее – сможете потом торговать единолично. Казна опустеет, но это ничто в сравнении с распространением чумы и возможной в перспективе голодной смертью. Это жесткие меры, но в непростые времена они простительны. - Джулиан вывалил на лорда Мандерли все соображения, которые имел.

+3

16

[indent] Всё катилось в пекло к Неведомому. Впрочем, могло бы быть иначе? Едва ли лорд Виман надеялся на мирный исход. Как ни крути, по факту дорнийцы стали заложниками, а леди Старк вместе с внучками толстого лорда, в скором времени должны были покинуть тронутый чумой город. Всё это, так или иначе раскрылось в разговоре. Винить ли леди Старк в том, что она дала понять южанам, что покинет город? Нет. Видят Семеро, но Виман знал, что интриган ил матери Короля - никакой. Это скорее его вина. Винить ли леди Сильву в её реакции? Едва ли кто то другой повёл бы себя иначе на её месте. Надежда была лишь на сира Кворгила. Слова его были разумны, но наверняка он действовал ради достижения своих целей. Всегда лучше быть гостем в своих покоях, чем узником в казематах. Впрочем лорда Мандерли это устраивало. Не хотелось лишний раз нагнетать обстановку. Кроме того, вполне вероятно, что южные гости и правда не повинны в появлении хвори.

[indent] Вздохнув, хозяин города перевёл взгляд с леди Кейтилин на сира Кворгила. Всё было ясно и без слов, но молчать было нельзя. Как учили Вимана мейстеры, молчать в начале и по окончанию важных переговоров - значит быть слабым дипломатом. Позволить себе подобное лорд не мог. Необходимо было как то завершать данную встречу.

- Сир Джулиан. Благодарю Вас за подобные советы. Признаюсь, у меня мало людей, которые могут помочь городу в такое время. Не сочтёте ли Вы за дерзость, если я попрошу помогать совету моего города? Думаю с Вашими идеями,
мы достаточно быстро избавим город от этой напасти. Кроме того, это даст Вам возможность свободно перемещаться не только по Новому Замку, но и по самому городу. При принятии определённых мер предосторожности разумеется.
Я хочу, что бы и Вы и леди Сильва понимали, что северяне не враги Вам. Просто жуткие обстоятельства столкнули лбами дружественные народы. Надеюсь Вы поговорите с леди Сантагар. Не хочу, что бы она совершала необдуманные поступки. Сейчас это будет лишним.... -

[indent] Быть может последняя фраза и прозвучала несколько угрожающе, однако была чистой правдой. Обиженная дорнийка могла натворить массу глупостей, простить которые было бы нельзя. Пока южане лишь гости, но при определённых обстоятельствах, могут стать и заключёнными, в прямом и переносном смыслах. А этого не хотел ни кто.

- Леди Кейтилин. Кхм... Надеюсь данная беседа была Вам не в тягость. До даже если и так, Ваше присутствие было необходимо. Решение, которое я принял, касательно наших южных гостей, было не просто тяжёлое. Оно было ужасное. Многие могли бы решить, что я предал доверие нашего короля. Посему, Вы при случае должны будете передать суть данного разговора своему сыну. Я был вынужден поступить так, как поступил. Выхода у меня нет. -

[indent] Необъятный лорд вновь с кряхтением приподнялся в кресле, но на этот раз не смог встать и плюхнулся обратно. От большого веса, в последнее время у него болели ноги. Вот и сейчас лорд едва сдержался, что бы не застонать от боли. Сделав вид, что всё отлично, Виман Мандерли обратился к гостям с ключевой фразой:

- Думаю на сегодня мы обсудили достаточно. Разговор был хоть и тяжёлый, но конструктивный. Надеюсь на Ваше понимание, гости мои. А теперь, не сочтите за дерзость, но не могли бы Вы оставить старика наедине с его мыслями?

+2


Вы здесь » Game of Thrones ∙ Bona Mente » Конец долгой ночи » 1.84 Белая Гавань. Чума на оба ваши дома!


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC