Game of Thrones ∙ Bona Mente

Объявление

Arya Stark

«Жаль, что она сама не убила этого слизня в короне. Что не видела его лица в ту секунду, когда он понял, что смерть стоит перед ним. Наверняка он пищал как плаксивая девчонка и молил о пощаде, как в тот день, когда Нимерия едва не отгрызла ему руку. Жаль, чудовищно жаль, что Арья не смогла в этот момент громко расхохотаться в его холеное лицо — так, чтобы смех Старка был последним, что он слышал на этом свете».

Birds and Wolves

Малый совет

Catelyn Stark - Мастер над законами
Leonette Tyrell - Мастер над шептунами
Taena Merryweather - Великий мейстер


Краткий сюжет

Стена (300 г.)

Манс Налетчик штурмовал Стену, но встретил не только отчаянное сопротивление Ночных Дозорных, но и облаченную в стальные доспехи армию Станниса Баратеона. Огонь указал королю и Красной Жрице путь на Стену, и с нее они начинают завоевание Семи Королевств, первое из которых – Север. Север, что царствует под короной Молодого Волка, ныне возвращающегося с Трезубца домой. Однако войны преклонивших колени южан меркнут перед Войной грядущей. К Трехглазому ворону через земли Вольного Народа идет Брандон Старк, а валирийской крови провидица, Эйрлис Селтигар, хочет Рогом призвать Дейенерис Бурерожденную и ее драконов к Стене, чтобы остановить грядущую Смерть.

Королевство Севера и Трезубца (300 г.)

Радуйся, Север, принцы Винтерфелла и королева Рослин не погибли от рук Железнорожденных, но скрываются в Курганах, у леди Барбри Дастин. О чем, впрочем, пока сам Робб Старк и не знает, ибо занят отвоеванием земель у кракенов. По счастливой для него случайности к нему в плен попадает желающая переговоров Аша Грейджой. Впрочем, навстречу Королю Севера идет не только королева Железных Островов, но и Рамси Сноу, желающий за освобождение Винтерфелла получить у короля право быть законным сыном своего отца. Только кракены, бастард лорда Болтона и движущийся с севера Станнис Баратеон не единственные проблемы земли Старков, ибо из Белой Гавани по восточному побережью движется дикая хворь, что не берут ни молитвы, ни травы – только огонь и смерть.

Железные Острова (300 г.)

Смерть Бейлона Грейджоя внесла смуту в ряды его верных слуг, ибо кто станет королем следующим? Отрастившего волчий хвост Теон в расчет почти никто не брал, но спор меж его сестрой и дядей решило Вече – Аша Грейджой заняла Морской Трон. Виктарион Грейджой затаил обиду и не признал над собой власти женщины, после чего решил найти союзников и свергнуть девчонку с престола. В это же время Аша Грейджой направляется к Роббу Старку на переговоры…

Долина (299/300 г.)

В один день встретив в Чаячьем городе и Кейтилин Старк, и Гарри Наследника, лорд Бейлиш рассказывает последнему о долгах воспитывающей его леди Аньи Уэйнвуд. Однако доброта Петира Бейлиша не знает границ, и он предлагает юноше решить все долговые неурядицы одним лишь браком с его дочерью, Алейной Стоун, которую он вскоре обещает привезти в Долину.
Королевская Гавань (299/300 г.)

Безликий, спасенный от гибели в шторм Красной Жрицей, обещает ей три смерти взамен на спасенные ею три жизни: Бейлон Грейджой, Эйгон Таргариен и, наконец, Джоффри Баратеон. Столкнув молодого короля с балкона на глазах Маргери Тирелл, он исчезает, оставив юную невесту короля на растерзание львиного прайда. Королева Серсея приказывает арестовать юную розу и отвести ее в темницы. В то же время в Королевской Гавани от людей из Хайгардена скрывается бастард Оберина Мартелла, Сарелла Сэнд, а принцессы Севера, Санса и Арья Старк, временно вновь обретают друг друга.

Хайгарден (299/300 г.)

Вскоре после загадочной смерти Уилласа Тирелла, в которой подозревают мейстера Аллераса, Гарлан Тирелл с молодой супругой возвращаются в Простор, чтобы разобраться в происходящем, однако вместо ответов они находят лишь новые вопросы. Через некоторое время до них доходят вести о том, что, возможно, в смерти Уилласа повинны Мартеллы.

Дорн (299/300 г.)

Арианна Мартелл вместе с Тиеной Сэнд возвращается в Дорн, чтобы собирать союзников под эгиду правления Эйгона Таргариена и ее самой, однако оказывается быстро пойманной шпионами отца и привезенной в Солнечное Копье.Тем временем, Обара и Нимерия Сэнд плывут к Фаулерам с той же целью, что и преследовала принцесса, однако попадают в руки работорговцев. Им помогает плывущий к драконьей королеве Квентин Мартелл, которого никто из них прежде в глаза не видел.

Миэрин (300 г.)

Эурон Грейджой прибывает в Миэрин свататься к королеве Дейенерис и преподносит ей Рог, что зачаровывает и подчиняет драконов, однако все выходит не совсем так, как задумывал пират. Рог не подчинил драконов, но пробудил и призвал в Залив полчище морских чудовищ. И без того сложная обстановка в гискарских городах обостряется.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Game of Thrones ∙ Bona Mente » Конец долгой ночи » 2.1 Миэрин. Верность


2.1 Миэрин. Верность

Сообщений 1 страница 20 из 23

1

1. Участники эпизода: Барристан Селми (ГМ), Дейенерис Таргариен и Миссандея.
2. Место действия: Миэрин.
3. Время действия: 300 год после В.Э., конец первого месяца.
4. Описание эпизода: Он пережил нескольких королей, но так и не дождался того единственного, кому он был бы горд служить. Его выслали, как пса, из Королевской Гвардии, и он сам отважился найти того, за кого не жаль будет отдать и жизнь. Барристан Селми, узнав о гибели Визериса в Пентосе, идет напрямую к его сестре, уже прославившейся в Эссосе и даже за морем.

+1

2

Стольких королей, сколько пережил Барристан Селми, кажется, не пережил никто.
Трое.
С Джоффри – четверо. Но стоит ли назівать испорченного матерью мальчишку королем, когда весь Вестерос шепчется, что он даже не сын Роберту Баратеону.
Оглядываясь назад, Селми не признавал своей неправоты, когда принял помилование Роберта. Но новоиспеченный король казался таким настоящим, таким правильным, таким живым…
…видимо, проклятье Железного трона никого не обходит.
И следовало от него держаться подальше, чтобы хоть как-то сохранить остатки разума.
А Джоффри и это не поможет.

Пружина событий разворачивалась достаточно стремительно, вынуждая принимать скоропалительные решения. Дорога кажется далекой, витиеватой, но не пристало рыцарю жалеть, даже если голова укрыта сединами. А вот речь, пожалуй, заготовить нужно, хотя совсем не просто. Что сказать той, чьего брата ты не смог защитить, как и мать с отцом, а потом еще принял помилование из рук узурпатора?
Роберт был неплох, поначалу. И хотя безумный король получил по заслугам, хоть и не пристало так думать Селми, его место должны были занять его дети.
Хотя ходят слухи, что и Визериса не обошло безумие.
Вот, что бывает из-за кровосмешения.

Рыцарю было любопытно, что же за девочкой была та, что осталась последней из Таргариенов.
Мать драконов.
Королева Миэрина.
В Красном Замке ждут ли законную хозяйку Вестероса, дрожат ли при мысли, что от смерти их отделяет Узкое море?
Какие-то пафосные мысли, но пока в голове лишь был образ беловолосой девочки, наверняка похоже на своих родителей.
На Рейгара.

Пока суть да дело, у Селми было много дней, чтобы вспоминать прошлое, зыбкой, кажущееся таким ненастоящим. Но кому, как не ему, знать всю его реальность, помнить каждый день? Возраст, конечно, был у Селми приличный, и голова давно покрылась сединами, но тем не менее, на память рыцарь еще не жаловался. В конце концов, ее не занимал быт, забота о семье, ведь от этого всего он отказался.
Отказался сознательно, решив, что долг важнее.
Отказался во имя короля.
И они все стали его семьей.
Одну он, сам того не желая – проклятая рана – предал.
Другая от него отказалась во имя непонятно чего. И теперь его дорога лежала в Миэрин – пора было ответить за все грехи.

… к королеве его пропустили, стоило прикинуться просителем. Селми же недовольно подумал, что это как-то бездумно.
От количества ступеней ломило ноги, но, возможно, виной тому была усталость – шторма и сырость сделали свое злое дело, пошатнув здоровье Барристана.
Но все эти мысли померкли, когда перед ним предстала она – королева Миэрина, Дейнерис Бурерожденная, последняя из Таргариенов.
Матерь Драконов.
Он был удивлен. Слишком хрупкая, маленькая, совсем еще девочка, хотя взгляд уже полон жизненного опыта, но для королевы такого малого.
Кого он, и, правда, хотел видеть? Похожую на Рейлу? Или Эйриса?
Она и брата напоминала едва уловимо. По крайней мере, пока.
Селми отвесил поклон и сглотнул – вот оно, момент истины.
- Ваше величество, прошу простить мое вторжение в вашу жизнь, но, полагаю, что я могу быть вам полезен. А начать мне следует с того, чтобы представиться – Барристан Селми, бывший лорд-командующий Королевской Гвардии, а до этого преданный соратник вашего брата.
[NIC]Barristan Selmy [/NIC][STA]воин прошлого[/STA][AVA]http://sd.uploads.ru/v4r7y.png[/AVA]

+4

3

Сегодня Дейенерис буквально молила богов о том, чтобы среди просящих не было тех, кто принес бы к ее ногам обугленные кости своего скота или, хуже того, своего ребенка. Бурерожденная слишком ярко запомнила это в прошлый раз, и не могла выкинуть из головы до сих пор.
Боги оказались сегодня благосклонны к Матери Драконов, и просители в основном приходили за едой, за тем, чтобы королева их рассудила, с разными жалобами.... В общем, со всякими мелочами. Надо куда-то записать - сегодня даже не явилось ни единого купца с очередным выгоднейшим предложением. Настроение у кхалиси было благосклонным, и это могли ощущать ее подданные - она терпеливо и внимательно выслушивала каждого пришедшего к ней на поклон и беседовала с ними, интересуясь жизнью в городе. Глупо было надеяться, что ей, как королеве, скажут правду, но Дени старалась тщательно запомнить детали, мало ли чем это может обернуться в будущем. Она должна думать на шаг вперед всех остальных, а еще лучше - на три шага.
Последний просящий явился уже ближе к полудню, когда Разрушительница Оков закрывала двери пирамиды. Как только незнакомец - седовласый старик, все еще носивший в своих жилах кровь воина - представился и сообщил откуда он родом, личная гвардия Дейенерис тут же взяли его в кольцо, не давая подойти к королеве ближе.
-Мой брат мертв. Мой отец мертв. Мой младший брат канул вслед за ними. Назовите мне, сир, хоть одну причину не снести Вам голову прямо сейчас? - сузила глаза кхалиси, поднимаясь со своего трона. Неужели ему хватило наглости заявиться к ней вот так открыто и ничуть не стесняясь? Не смелости, а именно наглости! Злость зарокотала внутри Дейенерис, но быстро улеглась - кхалиси подавила в себе порыв начать швыряться Сэлми в лицо обвинениями. Да, она по-прежнему думала о том, что единственная возможная причина его появления в Миэрине - тот факт, что он в бегах. Прогневил корону и теперь решил переметнуться на другую сторону? Наивно... Впрочем, было еще одно объяснение.
-Уж не шпионить ли за мной Вас сюда подослали? - с нажимом спросила кхалиси, все еще пребывая взволнованной.

+2

4

Что он делал в Миэрине? Селми затруднился бы ответить на этот вопрос, задай его ему в лоб. Он всю жизнь служил. Почти сорок лет, Селми отдал служению королевским задницам. В Вестеросе есть поговорка, что когда король ср*т, десница подтирает ему задницу. Что же говорить о членах королевской гвардии и лорде командующем? А может, в Пекло все? А может, Серсея была не далека от истины, когда говорила о замке, о слугах, о заслуженном отдыхе? Так что же во имя Семерых, Селми делал в заливе Работорговцев, в Миэрине, в пирамиде, перед гневным ликом Дейнерис Таргариен, окруженным стражей Безупречных? Вопрос для философов быть может. Сир Барристан никогда не был искусным дипломатом. Его стиль «агрессивных переговоров» заключался в ударах меча, быстрых и точных словно укус змеи. Его мнение никого не интересовало, его голос не требовался, от него ожидали лишь красных мазков по белому холсту, когда того требовали обстоятельства.
Так что он делал здесь? Зачем пришел к последней из Таргариенов, отца которой предал, поклявшись защищать до смерти? Нэд Старк, передавая предсмертную бумагу от Роберта «королю», назвал Селми «Человеком, в честности которого никто не усомниться». Так ли далеко стоят понятия «честность» и «честь»? Безумный король был чудовищем, о смерти которого сир Барристан не сожалел ни капли. Джофри стал еще большим чудовищем, способным ввергнуть страну в хаос, чем он и занимался. Почему Селми не поддержал Старка? Он поклялся защищать королевскую задницу! Он – лорд командующий! А если королевская задница действительно задница? Сложно сохранить честь, живя в стаде бесчестных тварей. Но разве поэтому он отправился на поиски Дейнерис? Ответ на вопрос постепенно вырисовывался в сознании рыцаря. Он искал достойного короля, в данном случае – королеву. Но так ли эта девочка достойна называться королевой? Селми помнил ее и Визериса лишь детьми. Дети выросли. У нее было три дракона, армия Безупречных, сотни убитых господ и тысячи освобожденных рабов. Достаточно ли этого, чтобы быть королевой? Селми не знал, как и того, сколько его голова будет еще сосуществовать в симбиозе с его телом. Впрочем, молчание затягивалось.
- Ваша милость, - взгляд Селми скрестился с взглядом Дейнерис, - у Вас есть тысяча причин обезглавить меня и все они правдивы. Я поклялся защищать Вашу семью, моего короля, и… я нарушил клятву.
Нелегко дались эти слова седовласому старику, стоящему в кольце ощетинившихся копий, ох нелегко. Правду всегда говорить сложно, особенно если правда касается самого себя и своих преступлений. А измена, но нет, даже не королю, но самому себе, свои принципам и идеалам. Когда Селми стал таким? Быть может верно говорят, что Красный замок дурно влияет на самых лучших людей? Что же, он провел в нем времени более чем достаточно. Станет ли воздух Миэрина целительным для него, или это всего на всего последние глотки призрачной свободы?
- Я прошу у Вас прощения, Дейнерис Бурерожденная, - взгляд Селми как-то виновато скользнул вниз, и он опустился на одно колено. – Я не смогу вернуть Вам семью и повернуть время вспять, но я прошу у Вас милости, служить Вам, и искупить свою вину.
На слова юной Таргариен о шпионстве, старый рыцарь внутренне улыбнулся. Старый? Вспороть животы десятку идиотов, возомнивших себя лучшими бойцами чем Барристан Отважный было проще, чем поднять взгляд и отвергнуть столь унизительное предположение Дейнерис. Унизительное? А что еще ей оставалось думать о нем, после всего случившегося? Ах, как много вопросов, кто же даст ответ на них… И все же, он поднял голову и их взгляды вновь встретились.
- Ваша милость, я искал Вас не для того, чтобы шпионить за Вами, а для того, чтобы отдать за Вас жизнь.
Прозвучало довольно высокопарно. Быть может даже слишком, но да, Селми был не из тех, кто ловко орудовал языком. К примеру, тот же Тирион, уж пять минут назад завоевал бы доверие королевы и уж тянулся к кубку с налитым вином, впрочем, даже ко второму.

+2

5

Солнце клонилось к западу, готовое упасть в теплые воды Залива Работорговцев и на дне морском отлежаться среди морских раковин, рыбьих скелетов и дряхлых обломков. Обломков затонувших кораблей и обломков человеческих костей. На крови и пыли выстроены гискарские города, огнем и кровью взяла их Дейенерис Бурерожденная. Однажды Валирия уже поставила на колени эту старую империю, сделает это Валирия и еще раз, и еще, и еще – до той самой поры, пока не останется на этой земле ни одного человека, кто помнил бы распятых детей на крестах, ошейники и кнуты.
Дейенерис не слишком обольщалась. Она знала не хуже многих, что ее предки также держали рабов в свое время, но миновали те годы, и нет уже ни Гиса, ни Валирии. Красная комета вознеслась над смертными, и раздался звон колокола новой эпохи. Я должна быть смелой. Как Рейегар,  – часто повторяла Дейенерис себе. Рейегар не устрашился молота узурпатора и вышел на ристалище против него. И Рейегар проиграл. Она себе этого позволить не может. Ее брат сражался против тех, кого – как ему, видимо, казалось – он хорошо знал. Баратеоны, Старки, Аррены, Талли и Ланнистеры – псы тирана. Даже Мартеллы оказались достаточно трусоваты, чтобы отомстить за смерть своей принцессы и ее детей. Даже Тиреллы, получившие свое величие от Эйгона Завоевателя, быстро переметнулись на сторону победителей. Собакам – собачья смерть. Она вспомнит об этом позднее, когда ее нога ступит на землю Вестероса.
И Барристан Селми служил им долгие годы. Чем он лучше? Тем, что пришел на коленях признавать свою вину? Стоит отдать ему должное: он умен и догадался сделать это скорее всех остальных. Говорят, страну раздирает Война Пяти Королей. Немыслимо! Дейенерис знала, что такое было и при ее предках, один только Танец с драконами унес тысячи жизней, но пять королей… Север отколол себя от прочих земель, Железные Острова вторили ему и сделали точно так же, но даже без двух сепаратистов земли Семи Королевств носили на себя сразу трех королей. Один, как говорят, был убит какой-то магией.

Страна сжирает себя изнутри, как та змея, что поймала не мышь, но свой хвост. Дейенерис положит этому конец. Она уже взяла три города и взялась править ими. С Семью Королевствами будет, конечно, сложнее. Но она от крови Эйгона Завоевателя, и не ей бояться высоких стен и острых мечей. Пусть лучше они боятся ее.
Так вы хотите, чтобы я поверила тому, кто дважды предал тем, кому служил? Вы предали моего отца и предали своего нового короля, иначе бы вас здесь не стояло, так? – голос Дейенерис был звонче привычного.
Кровь дракона не визжит, как дворовая девка, – напомнила она себе и пару секунд помолчала, чтобы пламя ее гнева чуть утихло.
Говорите мне правду, – сказала она тише, но не менее твердо. Не сводя с сира Барристана своих фиалковых глаз, Дейенерис ожидала ответа. Она не надеялась, что он скажет ей все, но она хотела видеть его лицо. Говорят, оно нередко говорит за человека больше, чем все его слова. Дейенерис была проницательна, но достаточно ли будет ее опыта и интуиции, чтобы раскусить того, кто к своим сединам сменил не одного короля и остался жив? Этого она, конечно, не знала. Ее братец Визерис наверняка бы счел себя достаточно умным, чтобы понять человека до дна. Но она не Визерис. Она должна быть Рейегаром. [NIC]Daenerys Targaryen[/NIC][STA]storm song[/STA][AVA]https://66.media.tumblr.com/87b11df3758fd65cd06009672647bb4e/tumblr_oa2pv0vNMs1s5m21go1_250.gif[/AVA]

Отредактировано Him of Many Faces (2016-07-10 14:24:25)

+5

6

Все здесь было чужим. Города, люди, нравы и обычаи. Даже постройки казались лишенными пропорций, хотя строители пирамиды и соблюдали их как нигде, но для глаза рыцаря Вестероса она были неправильными. Это в какой-то степени раздражало и отвлекало. Архитектура Вестероса была угловатой, но довольно практичной, огромные залы и широкие камины, узкие бойницы и наглухо запиравшиеся ставни на окнах. А здесь все не так, все неправильно, не реально, не правдоподобно. Даже безупречные и те казались порождениями кошмара, хотя, как и Селми они были людьми из плоти и крови. Вот только чужими. Единственная кто была настоящей в этой мешанине образов и картин – последняя из Таргариенов, именуемая Дейнерис. Каким-то неописуемым образом, эта девочка с серебряными волосами была олицетворением власти и могущества Вестероса в этом чуждом мире. Пожалуй, еще и красоты, света и конечно же надежды.
Селми чуть заметно нахмурился, но его глаза все так же открыто смотрели на королеву. Неужели ему теперь ежечасно придется каяться в измене королю Эйрису? А, собственно, в чем она заключалась? В том, что его не было в тронном зале в момент, когда сир Джейме убил короля, в том, что Селми в тот момент был занят потрошением внутренностей соратников Роберта Баратеона и в том, что он принял помилование нового короля и стал служить ему. Стоило ли ему умереть в той бойне или нет? Слишком много крови видел Селми за свою жизнь, и своей и других, пожалуй, если собрать ее всю и вылить в залив Работорговцев, тот навсегда бы окрасился в пурпурный цвет.
- Ваша милость, Джоффри освободил меня от службы в королевской гвардии, а королева Серсея была столь щедра, что отдала мне тихий и уютный замок со слугами. По их мнению, я стал слишком стар для того, чтобы защищать короля.
Тут надо было добавить что-то еще, что-то о выборе и о том, что он его сделал в пользу юной Таргариен, а быть может и вовсе надо было сказать другое. Но что сказано, то сказано, и значит ничего более добавлять не стоило.
Селми не стал ничего говорить о короле Эйрисе, равно как и не назвал Джоффри королем. Лишь глупец не поверил бы словам Нэда Старка, а Селми при всех своих недостатках глупцом никогда не был. В Семи королевствах сейчас сложилось такое положение, при котором любой ход, любой из сторон вел лишь к ухудшению ситуации. Когда в каждой из земель сидело по «королю», когда дети Роберта Баратеона оказались бастардами брата и сестры Ланнистеров, когда фактически в королевстве правил не король, а Тайвин Ланнистер и Зима была близко… Да, королева Дейнерис Таргариен имела больше прав на железный трон, чем все «короли» Вестероса вместе взятые. Но к тому моменту, когда Матерь драконов сможет пересечь со своей армией Узкое море, что останется от королевства? Не в силах Селми было повлиять на историю, ее жернова перемалывали целые династии, да что там династии – целые эпохи уходили в Сумеречные земли, и как же мала человеческая жизнь, чтобы за отмеренный богами срок воплотить все свои цели в реальность.

+3

7

when it all goes up in flames

Ответы Селми обескуражили Дейенерис. Она ожидала, что он покается ей в том, что долгие годы служил узурпатору, скажет что-то о шантаже, о разочаровании, о том, как ему открылись глаза, и он все понял, отринул белый плащ Джоффри и отправился за Узкое море, чтобы найти свою подлинную госпожу и вверить ей свой меч. Он должен был это сказать, она этого ждала. Дейенерис слишком привыкла к лебезящим и дрожащим просителям, чтобы столкнуться с правдой в лицо. Ей кто-то однажды сказал, что правда одета не в белые одежды, а в старые лохмотья, и лицо ее не свежо и не чисто, а красно и морщинисто, как у старого пьяницы, как у старой карги.
Конечно, все то, что сказал Барристан Селми, могло быть и ложью, но зачем так подставлять себя? Он мог соврать ей о чем угодно, сказать, что каждый день мечтал о воссоединении с истинными правителями Семи Королевств, сказать, что попытался убить Джоффри, что это он подстроил смерть узурпатора.
Но нет. Старый рыцарь говорил не об этом.

Ваша милость, Джоффри освободил меня от службы в королевской гвардии, а королева Серсея была столь щедра, что отдала мне тихий и уютный замок со слугами. По их мнению, я стал слишком стар для того, чтобы защищать короля.

Дейенерис Таргариен боле не хотела кричать, но почти чувствовала, как собирается яд на кончике языка. Дракон не змея, – напомнила она себе, – но однозначно у нас много общего. Игра слов или игра престолов? Драконы вместе со змеями из Солнечного Копья потеряли не только Железный трон, но и своих детей. Королева Миэрина не знала, какие яйца высиживают Мартеллы и почему за пятнадцать лет не ударили палец о палец, чтобы отомстить за свою принцессу и ее детей, но Визерис всегда говорил, дескать, змеи и есть змеи, и отец всегда их недолюбливал.
Так значит, вы стоите передо мной милостью Джоффри? – подняв брови, съязвила Дейенерис, – я могла бы отослать ему вашу голову с наилучшими пожеланиями здравия и долгих лет.
Она им всем однажды передаст привет.
Почему я должна принять на службу того, кого сочли неспособным защитить своего короля?
[NIC]Daenerys Targaryen[/NIC][STA]storm is coming[/STA][AVA]https://67.media.tumblr.com/ed98e5e578346657908b28e3e037274d/tumblr_oa94joiRTI1uzp87ro1_250.gif[/AVA]

Отредактировано Him of Many Faces (2016-07-26 15:01:31)

+3

8

[NIC]Barristan Selmy[/NIC][STA]воин прошлого[/STA][AVA]http://s017.radikal.ru/i435/1609/f8/b99b3e7c0463.gif[/AVA]
– Так значит, вы стоите передо мной милостью Джоффри?

Вопрос, который седобородый старик несколько последних месяцев изгонял из своей головы, избегая ответа. И все же пришло время ответить. Если не перед Дейнерис, так перед самим собой. Не склони Барристан голову столь низко, королева и её придворные могли бы разглядеть слезу, выступившую на рыцарском лице. Семнадцать лет он служил Баратеонам. Хоть он и презирал новых гвардейцев, он служил с не меньшей честью и верностью чем королям-драконам. Каждый день из этих семнадцати лет он завидовал своим братьям: Джон, Ливен, Освелл, Эртур, Герольд. Селми помнил силуэт каждого из братьев. Каждый из них, с мечом в руке, умер за Рэйгара. Им посчастливилось избежать позорного выбора между жизнью и бесчестьем. Каждый из них исполнил свой долг. Селми же был менее удачным. Как мог отбросить помилование он, когда самые непреклонные лорды склонили колено. Даже Тирелл. Даже Мартелл.
И все же Селми в очередной раз не смог спасти того, кого обещал защищать до самой своей смерти. На этот раз не от молота Роберта и не от меча Цареубийцы, а от клыков обычного кабана. Джоффри сорвал белый плащ, дабы ввести в гвардию своего пса, но был ли он так уж не прав говоря о беспомощности старого рыцаря? Этот вопрос мучил Барристана последние месяцы. Сможет ли он защитить новую королеву, прими она его, или подведет дочь как подвел её брата и отца? Только смерть сможет ответить на этот вопрос. 
- Я принял помилование Роберта, когда узнал что мои братья, мой король, мой принц, его дети убиты, а их самые верные и могущественные вассалы прекратили сопротивляться мятежу. Семнадцать лет я служил новой династии вместе с Цареубийцей и другими, ублюдками немногим лучше его, маравшими белые плащи и память братьев. Мой поступок нельзя оправдать. Признаюсь, не сорви злой мальчишка с моих плеч плащ, дарованный мне Белым Быком, я бы и дальше оставался служить династии Роберта мечом и советов. Вы это хотели узнать? - Барристан, осторожно подняв голову, посмотрел на королеву. Скупые слезы воина были видны на лице рыцаря. - Мне трудно говорить и стыдно признать это, но лишь поступок мальчишки освободил мои глаза от пелены. В одно мгновение я прозрел после семнадцати лет неведения и самообмана. Я решил найти настоящего короля. Я ваш человек, если Ваша Милость соизволит взять меня. 
Не поднимаясь с колена, Селми ожидал решения сестры Рэйгара. Он не отвечал на второй вопрос королевы, поскольку честный ответ мог прозвучать как дерзость, а ложь недостойна уст королевского гвардейца. Она и сама знала почему должна принять его. Она должна это знать. Он здесь для того чтобы предложить ей свой меч, а не выпрашивать её милости. Он слишком стар, слишком горд, чтобы умолять. Он обманул смерть уже на семнадцать лет и готов был отдать свой долг. Но Селми ещё мог послужить королеве, и он ясно понимал это. Впервые в жизни он ощущал, что его слава важнее его меча. В королевы уже есть свой рыцарь, но он не ровня Барристану. Неважно презирают его или уважают в Вестеросе - его знают. Он был словно плащ, за которым можно скрыть чужеземное происхождение войск королевы: рабов и дикарей. Он был рыцарем столь необходимым ей. Он был военачальник, столь необходимым её людям. Вот почему Дейнерис должна понять его. Принять его.

Отредактировано Him of Many Faces (2016-09-10 12:10:35)

+3

9

- Драконы не берут объедки! - хлёсткая пощёчина ужалила щеку маленькой сереброволосой девочки лишь за то, что та приняла из чужих рук яблоко.

Визерис ненавидел добро за жалость. Наверное и потому, что оно никогда не было щедрым.
Что бы ответил брат-принц, наблюдая как склонил колено дважды вассал двух же королей?
Нет, нельзя сравнивать с объедком узурпатора человека, державшего путь через весь Эссос ради присяги. Но и злость ворочалась горячим комом в груди юной королевы Миэрина, не давая мыслить ясно.
Он ушёл потому что его прогнали.
По крайней мере, сер Барристан Селми честен в своём покаянии.
Дейенерис искала оправдание себе за то, что хотела простить, видя лицо рыцаря и отблеск влаги в изжёванных морщинками уголках глаз человека. Ведь сострадание не спасёт от кинжала, а любая честность может на деле оказаться притворством. Скахаз рассказывает злые сказки для своей королевы, вручая даром подозрительность и недоверие - каждому известно насколько Гарпия легка на подлость.
- Встаньте, сир Барристан, - она потомок Эйгона. Она не должна бояться теней и слухов, да выдумывать беду прежде, чем почует опасность.
- Из всех, кто мог искать меня и брата, только вы пришли на сплетни, - моряки трепали её имя, его же присваивали шлюхам, а юнкайская солдатня уже захлёбывалась в нечистотах оскорблений, выдуманных лично ей.
Бритоголовый готов был принять беглого вестеросца в своих подвалах, но Дени знала как задаёт вопросы её миэринский советник и не хотела такой судьбы старику. Пусть бы он и заслужил подобную участь.
- И готовы дать мне клятву, - которую нарушали. - Я приму её.
Подобрав юбки сари, Дейенерис поднялась.
Серый Червь глядит на госпожу внимательно и та уверена - Безупречный успеет остановить убийцу прежде, чем вражеский клинок вспорет ей живот.
Маленькой ладошкой королева коснулась плеча, укрытого сталью и варёной кожей:
- Вы не смогли бы найти прощения у моих отца, матери и братьев, но я дам вам шанс службой искупить всё то, что совершено.
Так должны говорить короли. Дени хотела быть похожей на великого предка. Милость через ненависть.
Признаться, здесь и сейчас она не хотела обрывать жизнь Барристана.
- Но если вы предадите, - слова раскалёнными камнями ложились на язык. - То четвёртого короля найти не успеете.

Отредактировано Daenerys Targaryen (2016-09-20 21:32:55)

+3

10

Упершись рукой об одно колено, Барристан поднялся с другого. Он хотел возразить королеве, ободрить её, но не смел перебивать суверенна. Она и её деяния были действительно лишь "сплетни" для западных правителей, но не для бывшего члена Малого Совета. Ему хотелось утешить её, рассказав о могущественных лордах, помнящих свои клятвы её деду и отцу. Он слышал о красно-черных знаменах и гобеленах, покрытых пылью, в подвалах некоторых замков. Он видел недовольные взгляды, которыми отдельные лорды и рыцари сопровождали Роберта и его свиту.
- Трижды я служил на войне династии Таргариен, - Девятигрошовые короли, Сумеречный Дол, Тризубец. Селми помнил лишь некоторых из убитых: Безымянные наемники. Мэйлис Ужасный. Гвардейцы Дарклинов. Дюжина сторонников Роберта. - На тех войнах я помогал вашим брату, отцу и деду удержать Железный Трон. Теперь помогу вернуть его.
Трижды Барристан приносил присягу. Как рыцарь, повторяя слова вслед за сиром Герольдом Хайтауром. Как гвардеец, перед Джехейрисом и Робертом. Каждый раз он лишь повторял заученные слова, следуя установленному церемониалу. Церемониал касался клятв правящей династии, а не претенденту. Держателям власти, а не стремящимся получить её. Впервые Барристану стало интересно как убитые им наемники относились к убитому им Мэйлису. Какие слова они перед ним произносили. Сотню раз Барристан производил в воображении сцену присяги Дейенерис, и ни один из них дело не доходило до самих слов присяги.
- Я, сир Барристан из дома Селми, - старичье колено в очередной раз согнулось перед своим сюзереном, - Вручаю свой меч Дейенерис, королеве андалов, ройнаров и первых людей. Клянусь, служить честью и верностью. Блести интересы её личные и династические. Не знать отдыха и покоя к моменту реставрации династии на Железном Троне, или пока смерть не освободит...
[NIC]Barristan Selmy[/NIC]
[STA]воин прошлого[/STA]
[AVA]http://s017.radikal.ru/i435/1609/f8/b99b3e7c0463.gif[/AVA]

+4

11

Дейенерис держит на языке: "Вы подвели их,".
Он и многие другие оказались неспособны дать защиту своим настоящим королям, уступив в силе врагу. Визерис говорил, что подлостью и предательскими обещаниями Тайвин Ланнистер созвал под свой флаг лордов Севера, а Баратеонам отдал трон. Тучному и недалёкому пьянице-узурпатору, через сына которого львы правят Семью Королевствами.
Но теперь Дени выделяла из злых слов брата главное - они, враги, убийцы, были сплочены. Боясь спрашивать себя "Почему?", королева хотела повторить то, что удалось когда-то им.
И, видят Семеро, она этого добьётся.
Вестеросец с сединами перед ней - первый шаг.
- Я принимаю вашу клятву и службу, сер Барристан из дома Селми. Я понесу знамя своего рода, чтобы прекратить войну и дать народу Вестероса мир и покой, - аракхами кхалахсарра, мечами Безупречных и драконовым огнём? - Я клянусь в том перед вами и буду достойной дочерью Таргариен, истинных владык.
Как часто нашёптывал слова коронации Визерис? Молитву-скобу перед богами, купаясь в значимости момента, но будучи всего лишь принцем-попрошайкой? Дейенерис знала наизусть то, что полагается сказать и  что она произнесёт в септе Бейлора о семи хрустальных башен.
Ей нужно, чтобы её полюбили. Пока же она снова и снова проигрывает в этом стремлении и ежедневно Гарпии собирают жатву.
Даже такая юная и глупая девушка не может не мерить свои возможности с удалью противников.
Сохранённая жизнь рыцаря - верное решение, одно из, пожалуй, немногих принятых ею самолично.
- Сир Барристан, - миэринская королева ловит взгляд мужчины, когда ударами сердца отмерено молчание положенное моменту.-  Вам известно многое об узурпаторе и его челяди, и я хочу, чтобы вы рассказывали мне о них. Всё, что знаете и слышали. А так же, -Дени медлит. - Я хочу услышать о своём отце и матери из ваших уст.
Но о том - позже.
- Миссандея, - мягко окликает маленькую переводчицу. - Распорядись слугам, приготовить комнату и нагреть воды. Дорога и море немилосердны к путникам, - дрогнул уголок губ.

Отредактировано Daenerys Targaryen (2016-09-28 03:51:56)

+2

12

Поднявшись с колен, Барристан выслушал своего новоиспеченного сюзерена со спокойствием в лице и отсутствием такого в душе. Говорить о Эйрисе ему хотелось меньше всего. Семнадцать лет старик был окружен мятежниками и их сторонниками, лишь на турнирах и подавлении восстания Грейджоя он мог видеть своих бывших союзников. Видеть, но не обсуждать Эйриса. Никто не хотел вспоминать струпного короля при Роберте. Ещё меньше Барристану хотелось вспоминать его при Дейенерис. Как сказать сюзерену что его отец безумный тиран? Мало ли с каким представлением о отце росли последнее из Таргариенов.
Слова, адресованные чернокожей девушке, ободрили старика. Разреши королева принять ванную перед разговором, у него будет достаточно времени дабы поразмыслить и подобрать правильные слова.
- Я расскажу Вашей Милости все о Роберте и его окружении, что вам будет угодно узнать. Как о Роберте, так и о членах Малого Совета и важных лордах королевства, - о последних событиях старик слышал лишь от моряков в Вольных Городах, но ему не хотелось показывать неуверенности перед королевой. Иногда вороны приносят вести с опозданием в мирное время. Что же говорить о временах смуты. Мастер над законами, заручившись поддержкой высоких лордов Простора, объявил себя королем. Мастер над кораблями, заручившись поддержкой лордов Узкого моря, объявил себя королем. Сын десницы, заручившись поддержкой отцовских и дедовых вассалов - объявил себя королем. Королевство созданное Таргариенами трещало по швам. Лорды Долины, вассалы Мартеллов и капитаны Железных Островов в любой момент могли надеть наспех скованные короны на головы собственных сеньоров - окончательно уничтожив наследие Завоевателя.
- Междоусобицы разрывают королевство ваших предков на части, - напустив больше тумана, чем принес ясности, произнес рыцарь. Возможно один из претендентов уже мертв. Возможно дорнийцы и жители Долины перешли свои горы, а ладьи железнорожденных покинули родной залив. Только в одном был уверен рыцарь в беспокойное время за много тысяч лье от дома. Конфликт не закончится до тех пор, пока один из правителей опять не объединит Вестерос. Пока законная королева не напомнит о законной династии.
Но от возвращения драконов в Вестерос Барристана отделяли ещё много дней и ночей. А пока он стоит перед своей королевой ожидая её приказала. Принятие ванной и разговор с королевой, или разговор с королевой и принятие ванной. Впервые, с отбытия с Королевской Гавани, старый рыцарь ожидает приказа.
[NIC]Barristan Selmy[/NIC]
[STA]воин прошлого[/STA]
[AVA]http://s017.radikal.ru/i435/1609/f8/b99b3e7c0463.gif[/AVA]

+4

13

Наверное, ей следует испытывать торжество. Люди жаждут покоя и ждут своего короля, истинного и единственного. Однако после Астапорских мятежей, после Юнкайских дорог и злой молвы, Дейенерис понимала цену которую ей придётся платить за корону.
Её снова будут ненавидеть. Невозможно прийти с благом на острие стали, а мирно дело она решить не сможет. Каждый из её  подданных по праву, уже выбрал сторону того или иного самозванца. Волки, львы, олени и змеи.

- Я хочу услышать обо всём, - вслед повторила королева. - Но сейчас отдохните. Вам покажут покои, сир Барристан. Отныне вы не гость, но мой вассал.
Она ловит взгляд бритоголового, подошедшего к её деревянному трону. Гисканец недоволен и вероятно, охотнее бы опередил свою госпожу, сбивая рождённую из её уст милосердную глупость, на чёткий приказ страже схватить весторосца. Да не смеет перечить.

Приём просителей она заканчивает раньше срока. Добрых вестей ей не несут и их не будет, покуда ходит тенью прозвище драконьей королевы и убийцы.
Здесь, в Маэрине, Эссосе - она узурпатор.

Терпкое, сладкое вино греет язык и горло.
Зелёная Милость оставила в пирамиде самых родовитых детей и те теперь ждут приказаний своей хозяйки, ещё не понимая - они не слуги и не рабы. До сих пор в глазах Дени читает страх и настороженную неприязнь.
- Приведите ко мне сира Барристана Селми и можете быть свободны, - Дейенерис улыбается и эхом встречает робкую улыбку самой младшей девочки.
- Как прикажет госпожа.

ОФФ

Я могу добавить по посту момент, когда Селми приводят. Если что прошу прощения, не знаю до какого момента будет квест)

Отредактировано Daenerys Targaryen (2016-10-15 19:31:17)

+4

14

Старый рыцарь молчаливо следовал за своим провожатым. Привыкший к коридорам Красного замка, Барристану просторы гискарской пирамиды казались творением другого мира, другой цивилизации, столь отличной от родной. Подобная обстановка вызывала сомнения в полезности собственного опыта. Беспристрастные вольноотпущенники смотрелись органичнее рыцарей в здешней обстановке. Но Дейнерис королева не только Миэрина. В родном королевстве от евнухов пользы мало. С гениталиями мужчина теряет грубую силу – убеждают в марочных замках мейстеры. Такие хорошо разве что с изнеженным наемникам или полуголыми дикарями. Прошло не более десяти минут - провожатый открыл дверь в наспех приготовленные рыцарю покои.
Спальня, выделенная Барристану, находилась на самом верхнем ярусе Великой пирамиды. Она напоминала небольших размеров клетку. Крошечную, но уютную. Наверняка, предыдущий хозяин держал здесь любимых рабов, или важных узников. Впрочем, кровать и прикроватный стол все что было нужно рыцарю. А предполагаемая близость с покоями королевы делали комнату желательней самых роскошных помещений Красного замка.
Место грязной седой бороды заняли маленькие красные пятна, раздражение на гладковыбритой коже, и мелкий порез, признак длительного неиспользования клинковой бритвы. Откусив несколько кусков от нескольких фруктов, рыцарь, раздевшись, разлегся на новой кровати. На мгновение закрыв глаза, он не услышал как в комнату вошел человек. Маленькая девочка, внезапно появившаяся в дверном проеме, смутила и заставила прервать дневную дремоту королевского гвардейца. Девочка мила лицом, но от её взгляда рыцарю не по себе. Внешность Мэйлиса отвращала, черты лица бывшей рабыни пугали. Пускай Дейенерис и дала им свободу, но в лицах поданных королевы просматривалась необъяснимая смиренность, столь отличавшая их от придворного лицемерия и властных игр Королевской Гавани. 
Наспех накинув на себя чистые одежды, Селми отогнал от себя мысли о людях, которых воспитывают быть имуществом других. Выйдя из комнаты, рыцарь последовал за прибывшей за ним служанкой. Спутница не влияла позитивно на обстановку. Молчание в столь просторном здание заставляло рыцаря чувствовать себя не по себя. Королевские покои оказались достаточно близко. Нервно глотая слюну, рыцарь готовил в голове краткую речь, на случай если королева заведет разговор о своих родителях или брате. Вспоминать принца было удовольствием, короля...
- Ваша Милость, - голосом Барристан сообщил о своем прибытии. Покои королевы выглядят куда роскошней, достойными особы королевской крови, наследнице старой династии. Делая несколько уверенных шагов внутрь комнаты, рыцарь останавливается за несколько метров до своей госпожи. - Вы желали меня видеть?
[NIC]Barristan Selmy[/NIC]
[STA]воин прошлого[/STA]
[AVA]http://s017.radikal.ru/i435/1609/f8/b99b3e7c0463.gif[/AVA]

Отредактировано Him of Many Faces (2016-10-29 00:12:07)

+4

15

[indent] Рыцарь явился быстро, будто ожидал приказа под дверью.
[indent] — Вы желали меня видеть?
[indent] — Сядь, сир, — не приказ, но и не дань вежливости. Скорее, не терпящая возражений просьба венценосной особы. Дейенерис жестом указала рыцарю на мягкое кресло за круглым столом перед собой. — Мы будем говорить на равных.
[indent] Пока сир Барристан пересекал покои, Дейенерис окинула его изучающим взглядом. Без варёной кожи и доспехов, без скрывающей пол-лица бороды, он не был похож на представшего перед ней нынче утром воина. Он стар, её новый верноподданный, и нескольким часам отдыха этого не изменить. Но, принимая его присягу, Дени искала не меч и не щит. Телохранителям её несть числа, но людей, знавших её отца и Рейгара, до сегодняшнего дня не было вовсе. Джорах Мормонт мог служить источником сведений о далёком Вестеросе, однако о короле и принце он не знал почти ничего, и не мог удовлетворить любопытство Дейенерис. То, что рассказывал ей о семье Визерис, она ставила под сомнение, как и всё произносимое им. Она любила его, но не верила его словам. Он был глуп, её брат.
[indent] Сейчас она это понимает.
[indent] — Выпей со мной.
[indent] Прислуживавшая им Миссандея разлила сладкое летнее вино по высоким чашам из чистого золота. Бессмысленная роскошь, подарок Зелёной Милости. Дени пригубила напиток. Терпкое вино было лёгким и прохладным, мягко разливалось по языку и освежало мысли. Как хорошо сидеть здесь, рядом с террасой, вдыхая ночной воздух с вершины миэринской пирамиды. Как хорошо иметь возможность откинуться на спинку кресла. Мягкое сиденье после нескольких часов жёсткой скамьи — ничто иное, как благословение богов.
[indent] — Ты много лет охранял моего отца. Каков он был?
[indent] Визерис превозносил отца до небес, узурпатор и его приспешники выдумали называть Эйриса Безумным, сир Джорах предпочитал уходить от темы, говоря, что он-де не знал его величество лично и не имел чести составить о нём собственное суждение. Дени чуялся подвох в неразговорчивости её преданного медведя, но она не настаивала. Сегодня же, сейчас, она готова была услышать всё, что мог рассказать приближенный отцу рыцарь.
[indent] — Я не желаю слышать иносказаний, лести и пустых фраз. Говори правду.
[indent] В лиловых глазах мелькнул властный огонь.

Отредактировано Daenerys Targaryen (2017-02-10 15:13:22)

+6

16

Повинуясь приглашению, Селми широким шагом пресек просторные королевские покои. Хоть и невысокая ростом, королева оправдывала слухи, превозносящие её красоту. Серебряные волосы и фиалковые глаза напоминали о сгинувшем королевском доме.
Осторожно присаживаясь в кресло, рыцарь несколько мгновений решается на ответ. Негоже рассказывать дочери о безумии отца, но куда хуже лгать сомневающейся в твоей лояльности королеве.
— Скор на гнев и расправу, — честно признается, пытаясь подобрать слова как можно нейтральнее. В памяти невольно воскрешается силуэт мертвого сюзерена. Больше двадцати лет он стоял возле восседающего на Железном престоле Эйриса, соблюдая клятвы данные ещё его отцу. Звездное время рыцаря — член Королевской гвардии, победитель многочисленных турниров, кумир оруженосцев, дважды спаситель королевства. Но именно это время своей славы старый рыцарь старался вспоминать как можно реже. — После трагедии Летнего замка и скоропостижной смерти короля Джехейриса многие возлагали надежды на вашего отца. Он обещал стать Эйрисом Великим, Эйрисом Мудрым, — планы по возведению новой Стены, проведению канала через Красные горы в Дорн, учреждению собственного банка на противовес Железному. Барристан помнил как легко загорался король очередным грандиозным проектом. И как быстро остывал его интерес к чему бы то ни было, исключая огонь. — Но не под таким именем величали его поданные.
Рыцарь берет паузу, делая небольшой глоток вина. Двадцать лет он слышал ругательства Роберта в адрес Эйриса и его семьи, но непочтительно отзываться о своем короле было все так же трудно. 
— Он был моим королем, но с каждым годом служить ему становилось все труднее. Все труднее было примирять собственную совесть с честью и данной королевской династии присягой.., — преждевременно заканчивает фразу рыцарь, желая избежать признаний о проводимых королем пытках и бездействии королевских гвардейцев. Поднося ко рту кубок, Селми слегка пригубливает напиток, беря паузу в ожидании комментария драконьей королевы.
[NIC]Barristan Selmy[/NIC]
[STA]воин прошлого[/STA]
[AVA]http://s017.radikal.ru/i435/1609/f8/b99b3e7c0463.gif[/AVA]

Отредактировано Him of Many Faces (2016-11-11 10:55:10)

+4

17

[indent] Признаться, не таких слов ждала Дени, не таких откровений. Девочка в ней мечтала услышать знакомую до дрожи сказку: о том, что Безумным Эйриса прозвали бунтовщики, что правил он великодушно и справедливо, но жаждущие власти трусливые гиены стаей растерзали его ради Железного Седалища, ради очернения многовековой славы Таргариенов. Эту сказку она слышала от Визериса, в неё приучила себя верить, и часть её, малодушная и слабая, всё так же не желала сталкиваться с неприглядной действительностью. Ей бы закричать в гневе, приказать схватить и обезглавить старого рыцаря за клевету, но Дени, потеряв всякий вкус к вину и сладким фруктам, молча проглотила и гнев свой, и обиду. Не на сира Барристана Селми, на горькую правду. Она жаждала услышать её, а то, что правда не пришлась ей по душе, лишь подтверждает её истинность. Да и рыцарь не походил ни на лжеца, ни на безумца. Как бы то ни было, с Эйрисом он оставался до последнего часа. Не стал бы он ложью рисковать вызвать гнев его дочери.
[indent] Дени знала, что справится с этой правдой. Она сильнее.
[indent] — Поэтому ты не примкнул к Визерису в его изгнании? — спросила Дени очень тихо, разглядывая затейливый узор деревянной столешницы. Затем она подняла глаза. Выражение вины на лице сира Барристана сказало ей больше, чем самые громкие слова. — Он был очень похож на отца...
[indent] Дени задумалась, пытаясь понять, желает ли услышать подробности о деяниях Эйриса. Интересно ли ей, какими поступками он заработал прозвище "Безумный", и насколько правдивы слухи о сжигаемых им людных кварталах, замученных пытками детях в глубинах подземелий Красного Замка и привычке питаться человечиной. Она знала, что молва приукрашена, а истина искажена, но развеивать мрачное облако не торопилась. То, что скрыто за тучами, происходило давным-давно, до её рождения. Сейчас важнее было узнать ответ на другой, актуальный вопрос.
[indent] — Откуда тебе знать, сир, не похожа ли на отца я? Не заставит ли служба мне твою совесть вновь распалиться? Достойна ли я твоей присяги и твоей верности?
[indent] Барристан Селми пришёл к ней, когда солнце начинало опускаться за горизонт, и к наступлению ночи она приняла его на службу. Да, Дени ничего почти о нём не знала, но и он много ли вынес из слухов и небылиц, распространяемых униженными ею господами и ею же облагодетельствованными рабами? Её истинное лицо, какой бы стороны он ни придерживался, было для него загадкой. Дочь Эйриса, сестра Визериса — она может оказаться хуже, чем они оба. Глупее, мстительнее, безумнее. И тем не менее, сир Барристан решил ей служить.
[indent] Дени жаждала узнать, почему.

Отредактировано Daenerys Targaryen (2017-02-10 15:13:43)

+3

18

Баррастин слегка замешался, услышав вопрос о Визерисе. Я не мог принять того, чье помилование принял — не самое правильно объяснение королеве, чей брат погиб от молота этого дарителя помилования.
К счастью, королева сама ответила на свой первый вопрос, не давая возможности это сделать старому рыцарю. Он слышал о Визерисе, о её малоприятном характере и постигших неудачах. Однако все это слышал задолго после того, как принц со своей матерью покинули стены Красного замка. Честный ответ выставил бы старика не в лучшем свете, но что мог сделать он? Принять помилование, или принять смерть. Даже спустя шестнадцать лет выбор казался не менее трудным, ощущая вину перед королевой и её мертвой семьей. И все же выбор был сделал.
— Я помню Визерисом ребенком, — тихо признается рыцарь, скрещивая на груди руки. Барристан с облегчением уводит взгляд, радуясь в глубине души уходу от неприятной темы. Следующий вопрос звучит не менее легким, но он не заставляет оправдываться и изворачиваться, предоставляя возможность честного ответа.
Поначалу ему сложно подобрать подходящие слова, дабы описать свое убеждение в необходимости поступить на службу дочери бывшего сюзерена. Несколько месяц он добирался до Залива Работорговцев дабы присягнуть на верность ей, но ни разу не ставил себе вопроса о том какая она, не безумная ли она словно её отец. Она рушит устоявшиеся порядок и традиции, но все же она оправдывает свои поступки "разрушением оков". 
Я помню другого Вашего брата, — воспоминая о Рейгаре вызывают в рыцаре теплые чувства. Он никогда не был с принцем так близок как другие гвардейцы, но подобно им восхищался престолонаследником и грезил днем когда он, обещанный легендами принц, воссядет на Железном Троне. — Не все дети Эйриса унаследовали его нрав. Шестнадцать лет я служил Баратеонам. Узурпатор был противоположным вашему отцу — он дарил прощения своим врагам. Роберту была присуща честь и благородство, но правлению он предпочитал винo и шлюх. Мне не знаком нрав Вашей милости, но я верю в увиденное и услышанное. Вы берете ответственность. Вы разрушаете оковы несчастных и уничтожаете варварские порядки работорговцев. Я хочу служить законной королеве. Но также я хочу служить той, кто действиями проявил верность идеалам и заботу о поданных. Королеве, которой заботящейся о королевстве. 
[NIC]Barristan Selmy[/NIC]
[STA]воин прошлого[/STA]
[AVA]http://s017.radikal.ru/i435/1609/f8/b99b3e7c0463.gif[/AVA]

Отредактировано Him of Many Faces (2016-11-18 13:24:08)

+3

19

[indent] — Как видно, мы оба до конца не знаем, чего друг от друга ждать, — Дени искренне рассмеялась, ощутив вдруг приязнь к старику. — Я для тебя тот же кот в мешке, что и ты для меня.
[indent] Напряжение спало, воздух вновь потеплел. Дени выпила ещё вина и закусила сочной красной грушей. Она не боялась не оправдать надежд сира Барристана. Пусть предметом её забот было не королевство, но доверившиеся ей люди, в главном старый рыцарь был прав: она сделает для них всё, что потребуется. Выйдет замуж за миэринца, станет в Заливе Работорговцев своей. Будет править мудро и справедливо. Обзаведётся каменными ягодицами.
[indent] — Расскажи мне о Рейгаре, сир. Я слышала… — она запнулась, поняв, что и сведения о Рейгаре черпает из сказок Визериса. Но сир Барристан отозвался о нём с такой теплотой… может, хоть в этом Визерис не обманул? — Я слышала, брат мой был великим воином и добрым, справедливым человеком. Что у него была прекрасная жена и славные дети.
[indent] … пока узурпатор не приказал изнасиловать и зарезать Элию Дорнийскую, а её детей, совсем крошек, жестоко убить. Маленькому Эйгону размозжили голову о стену, а Рейнис, девочку трёх лет, утыкали ножами, будто она представляла собой настоящую угрозу. Будучи ребёнком, Дени часто размышляла о судьбе своих племянников, и редко могла удержать слёзы при мысли об их последних часах. Визерис обзывал её плаксой и дурой, а потом клялся, что лично сдерёт кожу с убийц Элии, Рейнис и Эйгона. Но что толку? Мёртвых местью не вернуть. Теперь мёртв и Визерис, и те, кого он обещался уничтожить.
[indent] «Валар моргулис».
[indent] — Как думаешь, из него бы получился хороший правитель?
[indent] Ведь в жизни Рейгара существовал не только долг. Он полюбил северянку, похитил её и бежал, от страны и народа, отчего в королевстве разгорелась война. Дени надеялась, что брат, пусть и недолго, был счастлив со своей Лианной. Она видела её в руинах между Астапором и Юнкаем. Печальная волчица и голубые розы, залитые кровью. Девушка говорила ещё об одном драконе… Вспоминая свои видения, Дени понимала, что речь шла о сыне Рейгара и Лианны, да только как подтвердить догадку? Как отыскать призрак прошлого за полмира от себя? Если он жив, то известен под другим именем. И едва ли сам понимает, кто он такой.
[indent] «Тебе есть кому задать эти вопросы», говорила Лианна.
[indent] Но кому? Сиру Барристану?
[indent] «Вы почти встретились», утверждала она.
[indent] Дени не знала, когда свершится это «почти», и свершится ли. Предсказания были туманными, а будущее таким изменчивым.

Отредактировано Daenerys Targaryen (2017-02-10 15:14:12)

+3

20

Искренний смех королевы снял напряжение, царившие в начале разговоре между ней и её новым поданным. Не притрагиваясь к вину и еде, старый рыцарь радовался переходу на более приятную ему тему. О Рейгаре и Элии можно говорить без страха задеть чувства королевы, не придаваться ко лжи и недоказанным словам. Хоть и память о них вызывала грустные воспоминания. Он всегда слышал, что в старости люди часто сожалеют о том, чего не сделали. Одно из таких сожалений было присуще и королевскому гвардейцу, связанное с известным турниром в Харренхоле. 
У него была прекрасная семья, — с улыбкой подтвердил рыцарь, вспоминая Элию и её дочь, — принцесса Элия была красивой и нежной, доброй. Их дочь пошла внешностью в мать, дорнийку. Многие дамы при дворе любили играть с принцессой Рейнис, но всем им она предпочитала своего кота, Белариона, — засмеявшись, гвардеец поделился с королевой любовью её племянницы к драконам. Казалось, все это было в другой жизни. Когда ни о чем не приходилось жалеть, и никогда не приходилось выбирать. Всегда было ясно где есть добро, а где зло. Побеждай в турнирах и защищай короля — жить было определенно проще.
Рыцарь старался делиться только приятными воспоминаниями. Вряд ли королева желала слушать истории о болезнях Элии, которые подкосили принцессу ещё после первых родов. О том сколько ножевых ранений было нанесено Рейнис, или что осталось от головы её племянника. Эйгона рыцарь не упоминал намеренно. Что можно сказать о грудном ребенке? Рыцарь помнил и о её братьях: Дейроне, Эйгоне и Джехейресе — умерших в год своего рождения. Он сомневался, не разделил ли бы сын болезненной принцессы участь своих дядей, выживи он в тот день.
Я знал принца Рейгара с раннего его детства. Он не всегда был отважным рыцарем, каким его представляют, — вряд ли Виллем делился с выжившими принцами подробностями о их брате, слишком мелкими они для этого должны были быть. — Ваша мать много читала в молодости, шутили, мол беременной она проглотила книгу и свечу. Принца называла возрождением короля Бейлора, столь миролюбивым он был. Он не тренировался и не любил играть с другими детьми, единственным его увлечением были книги, — мало кто помнил принца таким, разве что ещё мейстер Пицель и парочка лордов, — Пока одного дня — поговаривали он вычитал в книгах нечто, что заставило его это сделать — он не вышел на тренировочный двор и попросил Виллема Дарри дать ему доспехи и меч. Со временем принц обзавелся многими друзьями и стал прославленным воином, но признаюсь, он всю жизнь предпочитал друзьям одиночество, копью арфу, а ристалищу руины Летнего Замка.
Барристан Селми ничего не смыслил в пророчествах и считал пристрастие престолонаследника к книгам и арфе причудой, оттого он делился с королевой общеизвестными в королевстве фактами. Другое дело турнирное дело. Пускай марочный рыцарь не прославленный певец, но разве найдется в Семи Королевствах рыцарь, в детстве не мечтавший быть им? Рыцарь, участвовавший хоть в половине от того числа турниров, в которых Селми брал верх? О турнирах ему было, что рассказать.
Принца Рейгара называют великим воином, но он редко принимал участие в турнирах, — уж кто-кто, а он то это хорошо знал, сопровождая королевскую чету и защищая их имя на каждом из них, — Несколько раз я сходился с ним в финальных поединках. Принц редко выигрывал турниры, но он выиграл самый важный из них. Турнир устроенный леди Уэнт в её замке, Харренхоле.
На несколько секунд рыцарь умолк. Он понимал, что принцесса задаст вопрос об этом турнире, хоть Барристану и трудно было его вспоминать. Но прежде чем рассказывать о Харренхолле, следовало ответить на её последний вопрос.
— Я служил королевским гвардейцам трем королям. Ещё за одного, будучи юнцом, я воевал на Ступенях. Взойди Ваш брат трон, я уверен, он бы превзошел всех четырех вместе взятых. 
  [NIC]Barristan Selmy[/NIC]
[STA]воин прошлого[/STA]
[AVA]http://s017.radikal.ru/i435/1609/f8/b99b3e7c0463.gif[/AVA]

Отредактировано Him of Many Faces (2016-12-15 11:22:33)

+4


Вы здесь » Game of Thrones ∙ Bona Mente » Конец долгой ночи » 2.1 Миэрин. Верность


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC