Game of Thrones ∙ Bona Mente

Объявление

Sansa Stark

«Он пугал ее — и змеиным клубком, изуродовавшим лицо, и своей резкостью, и гневом, пылавшим не хуже адского пламени. Он смеялся над ней, над ее наивностью, над всем, во что она верила, когда покинула Винтерфелл. Санса жалела его и молила Семерых дать рыцарю покой, утишить тот гнев, что терзал его. Клиган был обожженным — и это девочка видела не только в его лице, но и в душе».

Bird song

Малый совет

Catelyn Stark - Мастер над законами
Taena Merryweather - Великий мейстер
Lyanna Stark - Мастер над кораблями



ЮБИЛЕЙНОЕ ГОЛОСОВАНИЕ (1 ТУР)
Настоящее (299г)

1.68 Тирош: Nymeria Sand
1.78 Белая Гавань: Gyles Sunglass
1.80 Королевская Гавань: Tommen Baratheon / Sandor Clegane
1.82 Королевская Гавань: Arya Stark
1.88 Королевская Гавань: Osmund Kettleblack

Настоящее (300г)

2.13 Миэрин: Euron Greyjoy
2.14 Суровый Дом: Jon Snow
2.15 Ров Кейлин: Creighton Redfort
Краткий сюжет

Стена (300 г.)

Манс Налетчик штурмовал Стену, но встретил не только отчаянное сопротивление Ночных Дозорных, но и облаченную в стальные доспехи армию Станниса Баратеона. Огонь указал королю и Красной Жрице путь на Стену, и с нее они начинают завоевание Семи Королевств, первое из которых – Север. Север, что царствует под короной Молодого Волка, ныне возвращающегося с Трезубца домой. Однако войны преклонивших колени южан меркнут перед Войной грядущей. К Трехглазому ворону через земли Вольного Народа идет Брандон Старк, а валирийской крови провидица, Эйрлис Селтигар, хочет Рогом призвать Дейенерис Бурерожденную и ее драконов к Стене, чтобы остановить грядущую Смерть.

Королевство Севера и Трезубца (300 г.)

Радуйся, Север, принцы Винтерфелла и королева Рослин не погибли от рук Железнорожденных, но скрываются в Курганах, у леди Барбри Дастин. О чем, впрочем, пока сам Робб Старк и не знает, ибо занят отвоеванием земель у кракенов. По счастливой для него случайности к нему в плен попадает желающая переговоров Аша Грейджой. Впрочем, навстречу Королю Севера идет не только королева Железных Островов, но и Рамси Сноу, желающий за освобождение Винтерфелла получить у короля право быть законным сыном своего отца. Только кракены, бастард лорда Болтона и движущийся с севера Станнис Баратеон не единственные проблемы земли Старков, ибо из Белой Гавани по восточному побережью движется дикая хворь, что не берут ни молитвы, ни травы – только огонь и смерть.

Железные Острова (300 г.)

Смерть Бейлона Грейджоя внесла смуту в ряды его верных слуг, ибо кто станет королем следующим? Отрастившего волчий хвост Теон в расчет почти никто не брал, но спор меж его сестрой и дядей решило Вече – Аша Грейджой заняла Морской Трон. Виктарион Грейджой затаил обиду и не признал над собой власти женщины, после чего решил найти союзников и свергнуть девчонку с престола. В это же время Аша Грейджой направляется к Роббу Старку на переговоры…

Долина (299/300 г.)

В один день встретив в Чаячьем городе и Кейтилин Старк, и Гарри Наследника, лорд Бейлиш рассказывает последнему о долгах воспитывающей его леди Аньи Уэйнвуд. Однако доброта Петира Бейлиша не знает границ, и он предлагает юноше решить все долговые неурядицы одним лишь браком с его дочерью, Алейной Стоун, которую он вскоре обещает привезти в Долину.
Королевская Гавань (299/300 г.)

Безликий, спасенный от гибели в шторм Красной Жрицей, обещает ей три смерти взамен на спасенные ею три жизни: Бейлон Грейджой, Эйгон Таргариен и, наконец, Джоффри Баратеон. Столкнув молодого короля с балкона на глазах Маргери Тирелл, он исчезает, оставив юную невесту короля на растерзание львиного прайда. Королева Серсея приказывает арестовать юную розу и отвести ее в темницы. В то же время в Королевской Гавани от людей из Хайгардена скрывается бастард Оберина Мартелла, Сарелла Сэнд, а принцессы Севера, Санса и Арья Старк, временно вновь обретают друг друга.

Хайгарден (299/300 г.)

Вскоре после загадочной смерти Уилласа Тирелла, в которой подозревают мейстера Аллераса, Гарлан Тирелл с молодой супругой возвращаются в Простор, чтобы разобраться в происходящем, однако вместо ответов они находят лишь новые вопросы. Через некоторое время до них доходят вести о том, что, возможно, в смерти Уилласа повинны Мартеллы.

Дорн (299/300 г.)

Арианна Мартелл вместе с Тиеной Сэнд возвращается в Дорн, чтобы собирать союзников под эгиду правления Эйгона Таргариена и ее самой, однако оказывается быстро пойманной шпионами отца и привезенной в Солнечное Копье.Тем временем, Обара и Нимерия Сэнд плывут к Фаулерам с той же целью, что и преследовала принцесса, однако попадают в руки работорговцев. Им помогает плывущий к драконьей королеве Квентин Мартелл, которого никто из них прежде в глаза не видел.

Миэрин (300 г.)

Эурон Грейджой прибывает в Миэрин свататься к королеве Дейенерис и преподносит ей Рог, что зачаровывает и подчиняет драконов, однако все выходит не совсем так, как задумывал пират. Рог не подчинил драконов, но пробудил и призвал в Залив полчище морских чудовищ. И без того сложная обстановка в гискарских городах обостряется.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Game of Thrones ∙ Bona Mente » Конец долгой ночи » О своем, о женском


О своем, о женском

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

1. Участники эпизода в порядке очереди написания постов: Леонетта Тирелл, Санса Старк
2. Хронологические рамки: 299 г. после В.Э., вскоре после приезда Тиреллов в Королевскую Гавань.
3. Место действия: половина Тиреллов, терраса для общих посиделок.
4. Время суток, погода: послеобеденное время, тепло и ясно, легкий бриз с моря.
5. Общее описание эпизода: казалось бы, всего лишь урок игры на арфе, но чем не повод для женской болтовни - сродни сплетням. Леонетта предложила свою помощь в обучении музыки, Санса - приняла ее. Но не будут же они все время молчать, учитывая явное желание замужней розочки подружиться?

+1

2

Идея была прекрасной. Она пришла в голову Леонетте в то утро, когда Маргери пригласила Сансу на завтрак.
Леонетта обдумывала, как и чем завлечь рыжую леди, что сделать такого, чтобы ее лицо озарила улыбка. Ведь когда Санса улыбалась, она выглядела чудесно. Понятно, что поводов для этого у девочки было не много, но чем не повод придумать его? С каких пор Леонетту вдруг увлекло покровительство, она не знала. Обычно именно она выполняла роль подопечной, но теперь все ощущалось совсем иначе.
Накануне юная леди Тирелл отправила свою служанку с запиской, в которой приглашала Сансу навестить ее. Записка пахла, что вполне не удивительно, розами, а почерк Леонетты был аккуратным и ровным, будто бы она только и делала, что тратила время на совершенствование чистописания. Что было совершенно не так.
На завтраке предложение научить Сансу играть на большой арфе было мимолетным, но в записке Леонетта снова о нем напомнила. Впрочем, если леди Сансе не хочется тратить время на такое, то они могли бы просто погулять по парку и побеседовать, если, конечно, ее компания ей достаточно для того приятна.
В конце концов, было у этого второе дно, вполне безобидное, но исполнительная Леонетта, уже усвоившая, что собственная семья превыше всего, старалась об этом не думать. Ей и правда хотелось подружиться с Сансой без перспектив, которые уже озвучила Королева шипов своему близкому кругу.

Время близилось к назначенному. И Леонетта начинала нервничать - что, если Санса ей откажет? О, это будет и правда жаль, ведь все может сложится гораздо лучше. Девушка обошла террасу: большая арфа чуть в стороне ожидала гостью, на столике красовались совершенные с виду фрукты, а кувшин источал свежесть лимонада, который леди Тирелл предпочитала в это время дня.
Оставалось дело за малым - дождаться Сансу.
Было в такой занятости нечто приятное.
Было приятным стать полезной своему дому вне Хайгардена, где ее роль сводилась к роли жены Гарлана. Конечно же, это оставалось первым и важным для Леонетты. Но сейчас появилось ощущение чего-то более глобального в игре престолов, в которую Тиреллы вступили с легкой руки... кого? Оленны? Гарлана? Ну уж точно не Мейса. Иллюзий относительно своего свекра Леонетта не питала.
В любом случае, она была готова принять посильное участие в этой игре, хотя и была обделена умением интриговать. Увы и ах, к невинной внешности природа не выдала такой нужной способности строить планы, если они не касаются обеда или нового платья.
Впрочем, Леонетта верила, что стать Сансе подругой сможет, сама ведь этого хочет.

Наконец, послышались знакомые шаги, и Мара предстала перед ясными очами госпожи. Она с улыбкой сообщила:
- Леди Санса Старк.
Леонетта нетерпеливо шагнула на встречу гостье, встречая ее широкой улыбкой и почти сразу завладевая ее руками:
- Леди Санса, я так рада, что вы приняли мое приглашение. Проходите, - она потянула северянку к столику, вокруг которого пустовали два кресла и уже хлопотала Мара, - присаживайтесь. Мы можем заняться, чем пожелаете, от игры на арфе до простой болтовни. Вы же не торопитесь, миледи? - Леонетта махнула в сторону стола, где на одном из блюд внимание привлекали пирожные, бесспорное произведение искусства поваров. - Лимонные пирожные, - леди Тирелл заговорщицки подмигнула рыжей девушке, - сорока на хвосте принесла, что вы их любите. Увы, мне они противопоказаны, я тогда не влажу ни в одно свое платье, - ладони скользнули по ткани, оправляя невесомое платье - хайгарденские гостьи не особо стремились влиться в строгость Королевской гавани, и Леонетта не была исключением. - А еще есть пироги с яблоками. Невероятно вкусные. Что будете?

Отредактировано Leonette Tyrell (2015-12-28 22:44:46)

+2

3

Санса поначалу почувствовала нечто сродни дежа вю, получив новое приглашение от Тиреллов. Разница была лишь в том, что на сей раз перед ней лежала записка, начертанная изящным почерком леди Леонетты, а не маленькой королевы, и Санса больше не испытывала страха перед визитом в Девичий склеп. Теперь было ясно, что все это не гнусные проделки Джоффри, чтобы опозорить ее перед новой невестой и ее семьей. Тиреллы окружили ее ласковым вниманием и, более того, могли помочь, и Санса Старк не могла не быть им за это благодарна — покинуть Королевскую гавань она хотела больше всего на свете и поводов улыбаться у нее не было очень давно.
В Королевской Гавани у Сансы не было подруг, только Джейни Пуль, но ее уже давно нет рядом — где она сейчас? Что с ней стало? Спрашивать об этом королеву Серсею она, понятное дело, не решилась бы, единственным, с кем она могла бы об этом поговорить, был лорд Бейлиш, но и он покинул столицу. Впрочем, о Джейни Санса вспоминала все реже и реже, а записка, полученная от Леонетты Тирелл, напомнила ей почти забытый вкус девичьих сплетен, приправленных тихим смехом, нежным румянцем на щеках и сладостями. На этот раз она ответила согласием не потому что не имела права сказать иного, но потому что сама желала встречи.
Она давно не чувствовала себя так хорошо — крылья и мысли были легки, и Санса сама себе удивлялась. Она выбрала платье из голубого шелка и уложила волосы в простую, но изящную прическу; сегодня Санса казалась себе особенно красивой. И только легкое облако время от времени омрачало солнце этого дня: не расскажут ли служанки королеве, что она неожиданно оживленна и счастлива? Не увидит ли Серсея в этом нечто подозрительное? Радость ей подобает прятать так же хорошо, как и скорбь.

Когда в назначенный день в ее дверь постучали, Санса надеялась увидеть сира Лораса вновь, но это был всего лишь один из гвардейцев Тиреллов. Он был так же молод и учтив, но и в половину не так прекрасен. Санса была разочарована, но смогла этого не выдать. К тому же, не стоило думать о Лорасе слишком много, если ей суждено выйти замуж за его старшего брата.
— Вы были очень добры, пригласив меня, миледи, — Санса присела в легком реверансе, когда ее проводили в комнату леди Леонетты. И только лишь покачала головой, оглядывая террасу — куда ей торопиться? Арфа чуть в стороне, свежие спелые фрукты на столике, кувшин с чем-то охлажденным — Санса могла заметить собравшиеся на его боках капли.
— Лимонные пирожные мои любимые, — улыбнулась девочка. — Не думаю, что один-единственный кусочек сможет испортить вам настроение и фигуру, леди Леонетта, — Санса говорила это не ради светской вежливости — глядя на супругу Гарлана Тирелла, такую хрупкую, легкую и стройную, трудно было вообще представить, что она может испытывать подобные проблемы.
— Вы позволите? — она улыбнулась Леонетте и осторожно коснулась пальцами струн. Тихая звенящая волна рассыпалась по террасе. — Я не играла с тех пор как покинула Винтерфелл, — не и была уверена, что до пор сих помнит, как это делается. — На Севере, к сожалению, трудно найти музыкантов, как и певцов. Я умею совсем немногое.
В Винтерфелле Санса часто играла и пела — она любила песни, но певцы не заходили так далеко на Север, и петь для нее было некому. Разве что старая Нэн иногда пела для них своим старческим скрипучим голосом; она знала множество старых легенд — таких же мрачных, как древняя богороща — и не любила песен о рыцарях и девах.

Отредактировано Sansa Stark (2016-02-23 21:29:39)

+4

4

Леонетта рассмеялась. Она была знатной сладкоежкой, но в своем время леди Янна очень строго относилась к одной из слабостей падчерицы. И Леонетта поутру, когда еще весь замок спал, но кухарки уже были на ногах, дразня обоняние бесподобным ароматами мяса и выпечки, бегала за своей порцией сладкого. Садилась на деревянном табурете у стола, кутаясь в шаль, и ждала, когда можно будет выхватить из печи еще горячий кусочек пирога.
Именно тогда девочка и решила, что сидеть зря - плохое дело, и начала учиться выпечке. Конечно же, до шедевров ей было далековато, на филигранную работу заворачивания розочек из теста, чтобы украсить выпечку, ей не хватало усидчивости и терпения, и те выходили слегка кривыми. Но вкус у пирогов был приятным, и не раз уже в Хайгардене Леонетта делала такие вещи для своего лорда-мужа.
Где то время? Вряд ли ее допустят на королевскую кухню, да и пробираться туда не было никакого желания, учитывая, что челядь Тиреллов и без того вызывала недовольные взгляды. А как посмотрят на одну из леди Простора? Вряд ли благосклонно. Как показывал опыт, гнев кухарки подчас бывает разрушительнее, чем гнев королевы.

Леди улыбнулась своей шутке, поднимая на Сансу искрящиеся смехом глаза.
- Да, конечно, моя дорогая, арфа в вашем распоряжении.
Тонкие пальцы коснулись струн, пробуждая инструмент. Леонетта присела на подлокотник ближайшего кресла, рассматривая северную деву.
Белая кожа, рыжие волосы, глаза цвета неба - Санса Старк выглядела необычно, практически потусторонне. Казалось, она впитала в себя особенности своего края, но холод снега не казался Леонетте отталкивающим, наоборот, он притягивал взгляд.
Если леди Оленне удастся ее маленькая авантюра, то в обозримом будущем принцесса Севера станет одной из Тиреллов.
А Север будет благосклонен с Простором.

На самом деле, понять все предпосылки в голове Королеве шипов означало объять необъятное. Задавая вопросы, Леонетта получала ответы, но вместе с ними получала еще большее количество вопросов, от которых начинала пухнуть голова. Главным же вопросом, и пока безответным, был такой: что будут делать лорды Хайгардена после заключения брака Сансы с Уилласом? Станут на чью сторону? Ведь с Ланнистерами-Баратеонами они тоже стремятся породниться посредством брака Маргери с Джоффри.
Бр...
Одна только мысль о мерзком малолетнем короле заставляла Леонетту вздрагивать, портя ясный солнечный день.
- Вы себя недооцениваете, дорогая леди Санса. Вы умеет держать руки, и инструмент не мяукает жалобно, а издает мелодичные звуки. Вы не представляете, как я мучила инструмент и своих учителей, особенно леди Янну. Боюсь, леди Фоссовей мечтала, чтобы я сломала арфу, и тогда она могла бы сказать, что это бесполезно и толку от меня не будет. Но, как ни странно, я освоила этот инструмент. И научилась танцевать, не оттаптывая ноги, а то было бы очень сложно соответствовать своему мужу. - Леонетта покачала головой. О, Гарлан... Гарлана не зря звали галантным - танцевать с ним было одно удовольствие, его маленькая жена танцевала и танцевала бы... и не только, но об этом леди вслух не говорят. - Я могу дать вам несколько уроков, Санса, если вы, конечно, не против такого болтливого и невыносимого учителя, как я.

Отредактировано Leonette Tyrell (2016-01-06 12:27:20)

+2

5

[audio]http://pleer.com/tracks/6376152pfEn[/audio]
Позволение получено, и Санса прикасается к инструменту уже смелее. Присаживается, наклоняет арфу к себе, как это положено, и тонким прозрачным неторопливым ручьем из-под ее пальцев течет песня, конечно же, о любви. О девушке из Чаячьего города, что каждый день выходила на берег Узкого моря и ждала рыцаря под алыми парусами. Ждать ей пришлось долго, сносить насмешки, слышать все время, будто это только старая сказка, пустая фантазия. Перед последним выстоять было особенно трудно. Но ее сердце было верным и сильным, и ее любовь была вознаграждена — однажды в порт вошел корабль, и его паруса алели ярче, чем маки.
Пальцы Сансы спотыкаются с непривычки — пару раз, там, где нужно сыграть быстрее, один раз даже теряют музыкальную нить, но быстро подхватывают ее вновь, ей удается не сбиться совсем. Кое-где она путает струны и педали, задевает не те, но ее можно простить, леди Старк так давно не играла. Девочка не замечает, как чуть хмурится из-за своих помарок, немного стыдится их, но маленькая веселая супруга Гарлана Тирелла, кажется, ею вполне довольна.
— Я была бы счастлива поучиться у вас, — отвечает Санса, поднимаясь на ноги. — Может быть, вы сыграете? У вас есть любимые песни, леди Леонетта?
Как мила была леди Тирелл с ее теплой и солнечно-ласковой улыбкой, с ее рассказами о собственных уроках музыки и танцев в Хайгардене — Санса не могла не улыбаться ей в ответ. Ведь скоро и она поедет в Хайгарден. Чем больше слышала она о сердце Простора, тем больше очаровывалась им, его рощами, украшенными голубой лентой Мандера, садами в обрамлении белого мрамора, жемчужными фонтанами и россыпью драгоценных камней — цветов, которых, должно быть, много распускалось на этой благодатной земле.
Все это заставляло Сансу уже не стой силой чувствовать тяжесть свалившихся на ее семью несчастий. Нет, она не забыла о погибших отце и братьях, о пропавших сестре и старшем брате, о горько тоскующей в Риверране матери, не смогла бы забыть. И все же общество юной беспечной Леонетты утешало девочку и в этом — давало робкую надежду на конец кошмара. Сама Леонетта, будущая королева Маргери и их кузины стали для нее олицетворением родового замка Тиреллов — полного света, легкости, радости, смеха, песен и любви.
Ее увезут в Хайгарден, где она выйдет замуж за Уилласа Тирелла, он полюбит ее, обязательно полюбит, а она — его, у них родятся сыновья и, может быть, дочка, Санса будет петь для него, и станет в Просторе счастливой, насколько сможет. Став леди Тирелл, она обязательно напишет матери. Может быть, им даже позволят встретиться. Но думать об этом пока что было невыносимо, не стоит надеждам простираться так далеко — ведь все это может случиться так не скоро, ведь столько всего может произойти кроме.

+3

6

В мелодии Сансы было столько пронзительности, столько надежды, столько веры, что сердце Леонетты сжалось. А сколько этого осталось в самой девочке? Не в пример самой леди Тирелл, северная принцесса рано повзрослела, так уж вышло, что судьба не была к ней столь милостива. А ведь как все красиво, наверное, начиналось - путешествие в Королевскую Гавань в качестве невесты принца Джоффри., яркое будущее, обещавшее одно лишь счастье. И все это рассыпалось прахом о смерть короля Роберта, о несносность мальчишки на троне, превратилось в боль и страдания. Санса была пленницей там, где Леонетта чувствовала себя свободной. Но глядя на рыжеволосую северянку, она невольно задумывалась, а что бы она делала, окажись на ее месте? Сломалась бы под беспощадными ударами судьбы, под гнетом одиночества, под грузом страха?
Леонетта никогда не считала себя настолько сильной, но, говорят, горе и несчастье открывают в человеке неведомые ранее ресурсы. Но думать об этом не хотелось. День был прекрасен, а освобождение юной леди Старк от плена Ланнистеров приближалась с каждым новым утром. В этом были уверены все Тиреллы.

Конечно, была тут и своя подоплека, куда без нее. Санса была завидной невестой, хотя у Севера и был свой король. Но вряд ли волчий брат откажется от своей маленькой сестры, а значит, и Север будет благосклонен к Тиреллам. Розы не цветут на склонах под снегом, но Хайгарден был уверен, что сможет поладить, усидев таким образом на двух стульях - и Маргери выдать замуж в дом Ланнистеров (ой, не смешите, Баратеон, да?) и с северным правителем породниться. Конечно, ни первым, ни вторым не придется по нраву ушлость леди Оленны, но разве кто рискнет оспаривать план главной интриганки розового сада? Нет, само собой. Да и смысла в этом не было - если в своей жизни Королева шипов и ошибалась, то об этом никто не рассказывал никому, и все верили, что такого просто быть не может.
Прекрасно, когда можно верить в кого-то, кто тебе ведет. Как Простор верил леди Оленне, а леди Леонетта верила собственному мужу, который одобрил бабушкин план.

- Сыграю, но чуть позже, - заговорщически улыбнулась Леонетта. Она потянула Сансу за руку к креслам у столика, сдвинула их поближе и присела рядом, чтобы можно было говорить тихо. - Ты ни о чем не хочешь меня расспросить?
Девушки всегда оставались девушками. Арфы, платья, украшения, прически, обсуждение мужчин. И Леонетте казалось, что Сансе как раз не достает беззаботных разговоров. Вот обо всем этом. Конечно, это выглядело ужасно, учитывая, что происходило в ее семье, но... это уже произошло. Мертвых не вернешь, живым в случае Сансы не помочь, а траур не был ей к лицу. Пусть лучше порхает, пусть делает вид, лишь бы никто не знал, что там, внутри, что-то очень болит.
Пой, Санса.
Спрашивай.
А я отвечу.
Тебе должно хотеться знать, каков Уиллас.
Тебе должно хотеться слушать о Хайгардене.

+2

7

— Ты ни о чем не хочешь меня расспросить? — спрашивает Леонетта, усаживая ее в кресло, и Санса думает, что, кажется, ошиблась, уверившись, будто за приглашением супруги Гарлана Тирелла не стоит ничего, кроме желания приятно провести время, развлекая себя девичьими глупостями. Сколько всего с Сансой случилось в Королевской Гавани, а она порой до сих пор являла собой удивительную наивность. А леди Тирелл, тем временем, не только за тем, чтобы перебирать струны арфы или пачкать пальцы сладким соком южных фруктов за непринужденной беседой, ее хотела увидеть.
Когда Тиреллы впервые позвали ее в Девичий склеп, Королева Шипов говорила с ней не только о побеге из столицы будущем браке c наследником Хайгардена, но и желала выяснить, какому человеку отдает Мейс Тирелл самую прекрасную, достойную быть королевой Розу Простора. Санса не хотела говорить о Джоффри, ведь это было опасно, но леди Оленна не отступила от своего, и Тиреллы услышали самую главную и страшную правду о наследнике Роберта Баратеона:
«He's a monster».
Сейчас вопрос был всего один и звучал он иначе, и в Леонетте не было резкости и требовательности ее пожилой родственницы, не было в ней, в ее открытой улыбке и сияющем взгляде хитрости леди Оленны, но, может быть, лордам Простора снова нужно что-то узнать, и поэтому Леонетта пригласила ее? Возможно, Тиреллы хотели незаметно выяснить, как она в самом деле относится к Уилласу, способна ли полюбить его и стать ему хорошей женой? Он ведь любили его и заботились о нем — это увидела Санса в сестре и брате Уилласа, в его кузинах и бабушке...
Но чтобы ни заставило южную леди задать ей такой вопрос, успокаивало одно: лукавая улыбка и заговорщицкий тон Леонетты не грозили Сансе такими же неприятностями или опасностями, как вкрадчивый голос королевы-регента или ухмылки короля Джоффри.
Вопрос прозвучал, Санса в ответ вскинула голову, и губы ее удивленно округлились — неужели?..
Под взглядом леди Тирелл она лишь смущенно зарделась и опустила взгляд, не сумев утаить нежной улыбки. Конечно же, ей хотелось слушать о Хайгардене и о его лорде, чье имя складывалось в завиток, подобно молодому побегу виноградной лозы. Она жадно ловила каждое упоминание Маленькой Королевы о старшем брате, стараясь понять, что он за человек, стараясь полюбить его уже сейчас думать мечтать о нем, не о Лорасе. Теперь все это заменяло ей любимые некогда песни. Песни ей лгали, а слова Маргери и ее кузин были правдой. Но Санса не хотела бы показаться Тиреллам слишком навязчивой, а потому только слушала, но никогда не расспрашивала их сама.

+2

8

Санса была милой.
Санса была чудесной.
Санса была идеальной женой Уилласу Тиреллу.
Что ж, леди Оленна, чем бы она ни руководствовалась в своем выборе невесты старшему внуку, снова не ошиблась. Это себя Леонетта тешила, что была правильной супругой для Гарлана, но судить было, конечно, не ей.

А Санса…
Санса очаровала Леонетту еще тогда, при первой встрече. Выросшая в благословенном покое, яблоневая роза всегда чувствовала себя в безопасности. И трудно было представить, как приходится сейчас юной волчице. Леонетта преклонялась перед ней в этом, видя тот стержень, которым не каждая может похвалиться.
У Простора будет чудесная леди, нет никаких сомнений.

- Но вам же интересно, - рассмеялась Леонетта, заправляя за ухо выбившуюся прядь. – Не может не быть.
В голове леди Тирелл совершенно не укладывалась мысль, что может быть как-то иначе. Она мыслила достаточно узкими категориями, вспоминая свою помолвку. Да, ей было скучно, а Гарлан выглядел еще более скучающим, что она теряла интерес все сильнее. Но потом он разбудил в ней любопытство, желание узнать поближе. Ее союзником в этом деле были служанки со своими сплетнями да розочки Тиреллов. Но даже сейчас она не могла сказать, что знает своего мужа.
Уиллас же был для Сансы закрытой книгой. Только слухи, а жениха она не видела ни разу.

- Лорд Тирелл – он очень внимательный и обходительный. Он любит читать и знает многое и звездах. Знаете, он даже занялся каким-то изысканиями, но, если честно, я не понятия не имею, о чем они, - Леонетта рассмеялась. – Увы, мои мозги просто не предназначены для этого. Но с Уилласом всегда очень интересно. И его совершенно не портит хромота! О, он даже ездит верхом, и совершенно не поддается унынию. Да и это мелочь на самом деле. Ну кому нужны эти турниры, на которых только и остается молиться Семерым, чтобы Воин уберег рыцарей? А ты любишь турниры, дорогая Санса?

+1

9

[audio]http://pleer.com/tracks/137095660Ffu[/audio]Конечно же, ей было интересно, ведь она никогда не видела Уилласа Тирелла, не знала его, и никогда не бывала в Хайгардене. Она могла только мечтать. И это было одновременно сладко и страшно.
There were two ways to think about Willas. By the one, Sansa thought she would be very happy with him, she would be safe and sound in Highgarden; she dreamed about their life and saw gardens and the river, beautiful flowers and sweet singing birds; sometimes she was almost in love with Willas. The Lord of Highgarden was kind and delicate in her dreams.
But the second way was different. She couldn’t forget about his bad leg. She was afraid if he would be like his father, lord Mace, as fat and red-faced as him. I should remember about his good heart, Sansa repeated it herself over and over.
«Его совершенно не портит хромота», — сказала Леонетта, и Санса невольно подумала: это почти то же самое, что сказать, будто Беса не портит его несуразная фигура, а Пса — жуткий ожог. Что с того, что он может ездить верхом? Санса любит танцевать, а этого лорд Уиллас, скорее всего, не сможет. Эти мысли пронеслись стремительно, подобно чаячьей тени над заливом Черноводной, и девочке стало за них стыдно.
He is kind and thoughtful, she told herself, I should always remember about it. He will be my protector and lord and I will be his lady. It doesn't matter how he looks like, if I will never have another one.
Первый в своей жизни турнир Санса ждала с замиранием сердца; она, знавшая наизусть все песни, в которых говорилось о славных подвигах прекрасных и храбрых рыцарей, была полна грез. Но на деле все оказалось иначе. Песни не говорили о крови и смерти, о жестокости. Тот рыцарь из Долины, чьего имени она не знала и никогда не узнает, и его страшная гибель — песен о нем не споют, как жаль; Санса помнила, как расплакалась Джейни тогда, и септе Мордейн пришлось ее увести. Та слепая ярость Григора Клигана, с которой он зарубил своего коня, набросился на Рыцаря Цветов и бился со своим братом — Санса не знала, что так бывает.
Второй турнир — в честь именин короля Джоффри — был жалким зрелищем, ничего общего с роскошью турнира в честь ее отца, когда дни были наполнены пением труб и громом копыт, а вечера — весельем и пирами. Даже солнце, казалось, сверкало не так ярко на доспехах и золоченых шпорах. Тогда она спасла жизнь Донтосу Холларду, пьянице и дураку.
—  Вы правы, миледи, на турнирах только и остается молиться богам, чтобы они уберегли рыцарей. Я присутствовала на состязаниях в честь королевского Десницы и именин Его Величества короля Джоффри, и видела какой бессмысленной жестокостью порой обращаются поединки. Мне бы не хотелось, чтобы лорд Уиллас пострадал, ни одна победа того бы не стоила.
Хромота не давала Уилласу участвовать в турнирах и тем самым хранила его жизнь от удара коварного копья. Сансе некстати вспомнилось, как она думала когда-то: пусть Бран теперь калека и не сможет стать рыцарем, зато ему ничего не грозит. Но она ошиблась: Брана и Рикона подло убил перевертыш Грейджой.
Санса внимательно посмотрела на супругу Гарлана Тирелла. Элинор, Мегга и Элла — розы с нижних веток куста были еще совсем детьми, но Леонетта не была, каким бы легким и беспечным не казался ее нрав.
— Мне больше по душе состязания музыкантов. Как часто бывают певцы в Хайгардене?
Должно быть, часто, ведь это Простор — там и сейчас царит щедрое лето, — а не Север, где неласковы и порой снежны даже летние дни; ведь это Хайгарден, который не мог не манить к себе менестрелей, это оттуда родом были и Рыцарь Цветов, чья броня была выкована и украшена так искусно, что казалась сотканной из бесчисленного множества цветов; и лорд Гарлан, чья находчивость и храбрость сыграли не последнюю роль в битве при Черноводной — его появление в доспехах лорда Ренли, которое посчитали не то воскрешением, не то призраком, было достойно песни; и будущая королева Маргери, чьи красота, мягкость и доброта очаровали многих в Королевских землях.
— Любит ли лорд Уиллас музыку?

+3

10

Турниры и правда были небезопасны, но после той войны, что охватила сейчас Вестерос, казались детскими забавами. Куда как было страшнее было Леонетте в тиши хайгарденских садов ждать новостей, что муж жив и здоров. Но и турнир, брызжущий весельем, может бедой обернуться, что и пожалеешь о том, что так хохотала, аж скулы сводило.
Леонетта улыбнулась:
- Турниры призваны показать нам силу наших мужчин, а шрамы, говорят, их украшают. Поверьте, леди Санса, сир Уиллас никогда не чувствовал себя ущербным из-за этого.
Главное сейчас не поведать девочке лишнего, например, о том, что и леди при дворе Простора не видят в ноге Уилласа беды для себя, продолжая дарить ему улыбки, расточать комплименты, стремится оказаться в его мастерской, чтобы стать музой для его очередного маленького шедевра. Этого юной леди Старк знать совсем не надо. А Уиллас пока еще свободен, и кто ему запретит?

- Но в Хайгардене и правда предпочитают менее жестокие способы развлечения: танцы, песни, катания по Мандеру, запускание змеев и фонариков. Вот, как вы правильно спросили, и состязания музыкантов у нас бывают, ведь мы покровительствуем искусству. Блаженны сады Хайгардена, в них рождаются новые музыкальные шедевры, которые вряд ли дойдут сюда, но зато они так разнообразят ваш вечер там. Уиллас обожает музыку, и хотя сам он не играет, но Матерь наделила его прекрасным голосом и слухом. С танцами, увы, все-таки гораздо сложнее дела обстоят, но вот песни – вы заслушаетесь его, право слово.

Леонетта продолжала щебетать, став совсем беззаботной и веселой.
- О, я уверена, о вас будут слагать песни, как о правителях Простора, вы будете прекрасны как леди Хайгардена, а Уиллас будет вам петь серенады на ночь, - леди Тирелл слегка неподобающе хихикнула, намекая на совсем другое. – О, леди Санса, вы когда-нибудь запускали воздушного змея?

Леонетта резво подскочила с места, запоздало подумав, что рыжей девочке неоткуда знать о таких развлечениях. Вряд ли на их Севере такое возможно, если уже и в Гавани с их ветрами с моря не особо запустишь змея в воздух. Но суть была совсем не в этом.
Леонетта добралась до одного из сундуков, со стуком откинула крышку.
- Перед отъездом Уиллас подарил мне его, он маленький, но все-таки такой очаровательный. Но думаю, ему будет гораздо приятнее, если змей перейдет к вам во владение. Так как у нас нет с собой подарков от жениха, пусть он послужит за него.

Девушка выпрямилась с небольшим воздушным змеем в руках, чей яркий хвост был длиннее его самого. И протянула его Сансе:
- Я вас научу с ним управляться, хоть сейчас.
И кому нужна та арфа, кому нужные те пирожные, если было занятие, гораздо интереснее. А тем более, если это будет подарок от будущего жениха – чем не попытка пойти на сближение за счет такой затеи?

+1

11

— Север непривычен к турнирам, миледи, однако это не делает лордов менее храбрыми или сильными и не лишает их умения разумно править, поэтому я верю, что и лорд Уиллас будет смелым и мудрым лордом для Простора, несмотря на то, что судьба не дала ему искать рыцарской славы, — ответила Санса, желая убедить Леонетту в том, что и она не считает Уилласа ущербным. Она чувствовала в своих словах не только учтивость, которую подобает проявлять леди, но и правду: северяне и впрямь не участвовали в турнирах, однако каждый из них, как говорили, стоил десятерых южан в бою. Да и супруг самой Леонетты, Гарлан, если верить сиру Лорасу, не слишком жаловал турниры, но это не помешало ему проявить храбрость в битве при Черноводной.
«Блаженны сады Хайгардена...». Скорее, скорее бы платье было готово, скорее бы леди Оленна забрала ее с собой. Санса никогда не видела сердца Простора, но, видят Боги, уже любила его, хотя, наверное, не стоило бы, ведь когда-то она любила и Королевскую Гавань — до того, как ее отца заклеймили предателем. Но поделать с собой Санса уже ничего не могла. Сладкий нектар слов Тиреллов проник в ее душу, заставив поверить, что там она и правда обретет покой и будет счастлива.
— Никогда, леди Леонетта, — покачала Санса головой и промолчала о том, что о воздушных змеях она даже не слышала, а маленькая жена Гарлана Тирелла уже искала что-то в своем сундуке.
Любопытство леди Старк быстро оказалось удовлетворено: подарок Уилласа — подарок жениха — лег ей в руки. Это было почти что тайной помолвкой, о таких тоже пели в песнях, и жаль, что ей было нечего подарить ему взамен. Разве что расшитый ее руками платок, но тот остался в покоях, да и некому будет передать эту весточку в Хайгарден.
Санса осторожно держала змея в руках, пытаясь понять, что с ним делать, и мысль о том, что Уилласу это будет приятно, заставляла ее заливаться трогательным румянцем. Ей тоже приятно об этом знать.
— Я буду рада научиться запускать воздушного змея. Север не знает подобных забав.
Было что-то особенное в том, чтобы держать в руках вещь, принадлежавшую Уилласу. Воздушный змей — такая мелочь; тонкая ткань, натянутая на крестовине, и длинный хвост с узелками в виде роз, резная катушка, которая удобно ложилась в руку...
Санса касалась пальцами перекладин, разглаживала ткань — и так легко было представить, как этим занимается и Уиллас. Вот его пальцы скользят по тем же линиям, что и ее, — они умело проверяют что-то, поправляют, тогда как ее всего лишь знакомятся. Вот он поднимает голову, чтобы отпустить змея на волю и следить за тем, как будет сверкать яркий хвост в ослепительной небесной синеве, — и, Семеро, как он похож на Лораса, только старше...
Санса сама удивилась этому видению одернула себя, напомнила, что она никогда не видела Уилласа и не стоит надеяться понапрасну. Но одно было ясно: он добрый человек и не причинит ей зла — он любит воздушных змеев, музыку, стихи и звезды, он не похож на Джоффри, которому одна забава — стрельба из арбалета по кошкам, кроликам да тем, кто прогневал его королевское величество.
[AVA]http://33.media.tumblr.com/91c398a06cbf7ea1a61fbdf1f0299b7d/tumblr_mzg7hqjcLm1qmgbv3o3_250.gif[/AVA]

+2

12

Как многому предстояло научиться леди Сансе в просторе. Жить и получать от этого удовольствие. Чувствовать себя в безопасности среди цветов, быть счастливой в столь прекрасном месте, каким являлся Хайгарден. Леонетта улыбалась, глядя на девушку. Она уже предвкушала, как много нового откроет для себя северянка, как отогреется в тепле и красоте нового дома. Конечно, ужасно, что ей приходится уезжать так далеко от своего собственного замка, но, увы, так распорядилась судьба, и спорить с ней никто не будет. То, что у Тиреллов были свои мысли по поводу наследства леди Сансы, Леонетту волновало мало. Она вообще об этом не думала. Она наслаждалась эффектом, какой произвел на юную волчицу подарок Уилласа, видела румянец на бледных щеках, что так совершенно сочетался с осенним цветом волос, и думала о том, что Уилласу не составит труда полюбить эту девочку. Ее невозможно не полюбить.
- Тогда пойдемте, - покровительственно сказала Леонетта, беря леди Сансу за руку.
Они преодолели несколько поворотов коридора, чтобы выскочить в ту часть сада, которая примыкала к крылу, отведенному Тиреллов. Яркое солнце расцвечивало зеленые листья деревьев, но Леонетта вела девушку дальше.
- Нам нужна площадка без деревьев, иначе змей в них запутается, порвёт крылья и леску, и мы не сможем ничего сделать.

Определенно, Леонетте не хватало лугов по берегам Мандера, внутреннего двора замка Тиреллов, не хватало того простора, что окружал ее дома. Тут все было не так, и песчаные дорожки неприятно осыпались под туфлями. Но поиски были вознаграждены, и девушки нашли достаточно свободную площадку для того, чтобы запустить змея в воздух. Леонетта аккуратно разматывала катушку лески, потом заговорщически взглянула на леди Сансу.
- Подбросьте его в воздух, миледи.
Получится или нет? Вдруг в Королевской Гавани ветры совсем другие, не подхватят тонкие крылья, не взмахнет змей своим разноцветным хвостом? Вдруг эти веры не хотят ничего подобного, вдруг они просто способны рвать и сносить все на своем пути?
Будет грустно, если так. Но Леонетта не унывала. Она вообще старалась не терять присутствия духа, не портить настроение и верить в лучшее. И глядя сейчас на Сансу, она была уверена, сто змей полетит, подброшенный ласковыми руками.

+1

13

Двор Тиреллов был словно маленькое королевство внутри Красного замка. Здесь все было иначе — кузины Маленькой королевы легко приняли Сансу в свой круг, улыбчивый и беззаботный, полный песен и девичьих секретов, цветов, распускавшихся как в садах, так и на полях из шелка и льна. Леди Старк завидовала девочкам и жалела их — Элинор, Мегга и Элла казались ей детьми, наивными и глупыми; она и сама была такой, когда покидала Винтерфелл.
Леди Леонетта тоже тепло приняла ее — будто сестру, но они ведь и правда станут сестрами, когда Санса выйдет замуж за Уилласа Тирелла. Она всегда мечтала о такой сестре, учтивой и ласковой, такой, которая могла бы стать ей подругой, — и станет. Это кажется Сансе возможным; это проскальзывает в том, как обращается с ней леди Тирелл, в том, как готова она рассказать о Уилласе и протянуть неосязаемую ниточку между Королевской Гаванью и сердцем Простора.
Леонетта уводит ее прочь из Девичьего склепа — уводит сквозь лабиринт дорожек; королевство хайгарденских роз в столице невелико, но и в нем находится место для девичьей забавы. Леди Тирелл объясняет нехитрые правила, и Санса внимательно слушает, невольно ловит себя на мысли о том, что Арье, наверное, бы тоже понравилось — удивительно, что вещь, которая пришлась бы по душе им обеим, вообще могла существовать на свете.
— Подбросьте его в воздух, миледи.
Вот так просто.
Санса немного волнуется, хотя, казалось бы, чего уж, она ведь не в Красном замке перед троном короля и не наедине с королевой — не плещется вокруг злость мальчишки, не вьется совсем рядом змеиный голос королевы. Это всего лишь леди Леонетта, и она не желает ей зла.
И все же Санса с трепетом смотрит на змея в руках, а ветер — соленый, морской, ласковый, солнцем нагретый, — тянет его из рук, не выхватывает жадно, но настойчиво уговаривает разжать пальцы, отпустить на волю. И Санса поддается; ее руки чуть дрогнули, но новый порыв уверенно подхватил змея — вот он поднимается выше и выше, плещет ярким хвостом на ветру. Санса раскручивает леску, давая ему больше свободы, и слушает наставления Леонетты — управляться со змеем и правда не сложно.
Змей, подхваченный ветром, натягивает леску, рвется ввысь — к солнцу, облакам и птицам, и Сансе кажется — он хочет улететь из Королевской Гавани прочь. И девочка, глядя на него, дождаться не может, когда новое платье будет готово, когда Королева шипов увезет ее из столицы будто бы погостить, когда ее представят Уилласу Тиреллу.
Надежда — опасное чувство и хрупкое, и осколки у него острые, не стоит ему доверять, но и заглушить трудно. Пляшет над садом у Красного замка змей с золотыми розами на хвосте, и мысли Сансы — своевольные птицы — летят к голубой ленте Мандера, к замку из белого камня и буйным зарослям роз, к землям, не истерзанным войной, к лорду, которого она не знает пока, но о котором все говорят, что он добр и полюбит ее — к жизни, где хотя бы часть ее кошмаров закончится и ей, быть может, будет позволено узнать о судьбе семьи.
[AVA]http://33.media.tumblr.com/91c398a06cbf7ea1a61fbdf1f0299b7d/tumblr_mzg7hqjcLm1qmgbv3o3_250.gif[/AVA]

Отредактировано Sansa Stark (2017-12-09 23:07:25)

+2


Вы здесь » Game of Thrones ∙ Bona Mente » Конец долгой ночи » О своем, о женском


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC